Луис Шуарес заглядывал в крошечную комнатушку Кэша при любой возможности, протаскивал запрещенные лакомства: фляжку кашасы, плитку шоколада, свежий персик – и про просьбе больного зеркало. Тот уже видел себя в постели в конце второго файла и верил в то, что зеркало не слишком удивит. Но Кэш очень ошибался. Наверное, файл подправили, подкрасили и подретушировали. Кэш скверно выглядел на ролике, но реальность оказалась гораздо хуже. Кэш походил на его чертова папашу в последние дни перед смертью от карциномы, превратившей его легкие в черную слизь.
– Ты выглядишь, как парень с просверленной в голове дырой, – заметил Луис – сухощавый мулат с кофейной кожей и полоской усиков, подтянутый, аккуратный, в выглаженном синем комбинезоне.
Он сидел на краю кровати, потому что больше сидеть было негде.
– Ты единственный из всех, кого я знаю, оказался достаточно упрямым, чтобы пережить такое и не сдаться.
– Я не уверен, что я не сдался. Я не тот, кем был раньше.
– Да ты же военный герой прям с доски почета, первая категория!
– Я – неудачник, запоровший миссию, – возразил Кэш.
– Хреновую миссию. А ты полез первым и принял на себя все мины, дроны и линейные пушки. Если б они не разрядились в тебя, мы б не смогли разнести эту глыбу в пыль. А если уж говорить про «запорол», так об этом судить нам с Верой. Мы ведь не спасли тебя, когда твой истребитель покатился прочь.
– Ну, тут без обид, – сказал Кэш. – Вам же надо было закончить миссию.
– Мы закончили. А за тобой не пошли…
– Вы сделали что должны, – пробурчал Кэш, пытаясь задавить внезапно нахлынувший гнев. – Надо – и бросили. Тоже мне дело. Да прекрати. Мать его, как меня достало слышать твои извинения!
– Устал ты, – сказал Луис, – Я приду попозже.
– Да, отчего бы тебе не катиться подальше, – буркнул Кэш. – Что-что, а уж это ты умеешь.
Он понимал, что говорит злые глупости, но не мог остановиться. Будто его губами двигал кто-то чужой. Будто Кэш стал одержимым, словно женщины дома. Они падали, когда проповедник прижимал ладонь к их лбам, корчились на полу.
Когда Луис вернулся на следующий день, Кэш извинился перед другом, но тот лишь махнул рукой:
– А, пустяки.
– Да не совсем. Мне надо пережить это. Оставить позади. И вернуться сюда.
– Конечно, – согласился Луис.
Но Кэш видел жалость и сочувствие в его глазах и понимал: Луис сам не верит в свои слова.
Они поговорили о войне. Луис сказал, что она началась задолго до того, как банда дальних, называющих себя «призраками», нацелила ту глыбу льда на Фебу. Собственно экспедиция, атака на поселения и корабли – лишь последняя стадия долгой, тщательно спланированной кампании. Перед тем как объединенные силы Великой Бразилии и Евросоюза прибыли в систему Сатурна, дипломатические и торговые миссии убедили часть городов соблюдать нейтралитет, сдаться без единого выстрела. В остальные города проникли шпионы – и вывели из строя критические элементы инфраструктуры. В теплицах стали вымирать тесно посаженные растения, лишая города не только пищи, но и кислорода, воду отравили психотропными наркотиками, воздух – вирусами гриппа, информационные сети – демонами, отказывавшими в доступе либо заполнявшими сеть пропагандой, источники энергии стали ненадежными. К началу военной операции население городов было деморализовано, изнурено постоянными хлопотами с портящимися системами жизнеобеспечения, поголовно болело. Большинство сразу сдалось. Сопротивлялся лишь Париж на Дионе, да и то всего день.
Луис рассказал, что он и остаток эскадрильи провели последние дни войны, гоняясь за кораблями дальних, пытавшимися удрать из системы Сатурна. Большинство не имели оружия, немногие вооруженные не могли тягаться с истребителями. Но все же больше половины беглецов сумели спастись и теперь прячутся вблизи Урана. Никто не знает, сколько их и что они собираются делать.
– Отчего же ты не улетел? – спросил Кэш.
– Улетел?
– В смысле в погоню за ними.
– У нас тут слишком много работы, – ответил Луис. – У нас хорошо получается разносить все к чертям. Этому нас учили. Но вот собирать и строить – не очень. Однако ремонтировать города – детская забава по сравнению с возней вокруг сбежавших дальних.
Луиса поставили работать извозчиком, заведовать транспортировкой морпехов, гражданских и оборудования с луны на луну. Системой Сатурна теперь управляла администрация Трех Сил. Тихоокеанское сообщество устроило небольшую базу на Фебе и контролировало разрозненные поселения на Япете, европейцам отдали власть на Рее, остальное досталось Великой Бразилии – вся свора мелких необитаемых спутников, а также Мимас, Энцелад, Тетис, Диона и Титан.
– Плюс к тому, сейчас мы спорим с тихоокеанцами о контроле над Гиперионом, – добавил Луис. – Там никто не живет, но это уже вопрос принципа.
– Гребаная политика.
– Помнишь, как мы чуть не подрались с ними за Гавайи?
– Мне память, конечно, изувечили – но не настолько. Разумеется, помню, – буркнул Кэш.
– Они сюда не помочь нам явились. Их помощи нам не надо. Они пришли за дракой и добычей. Вопрос в том, что они собираются делать с добытым? И чего еще хотят?
