– Если бы я рассказала, ты ни за что бы не поехала сюда! Ведь только любовь к нему сподвигла тебя на это! Только она!
– Я не могу! Просто не могу, – призналась я. – Уйду с ним! И мне плевать на Долину и на всех, кто там живет! Я устала жить ради кого-то! Хочу хоть раз в жизни пожить ради себя!
– Ты не понимаешь! – другая я вскинула руки к небу и взмолилась. – Ты должна! Ты не понимаешь! Когда исчезнет Долина, исчезнут и все миры, что она сохраняет! Измерения столкнутся, и всему наступит крах. Погибнут все! Вот почему Обелиск переносит нас постоянно в одно и то же время! Вот почему мы застряли в этой петле! Потому что я не хочу забыть о себе! Потому что хочу быть счастливой! Но Алексей никогда не будет с тобой! Поверь, никогда! Он уйдет от нас, как только увидит, кем мы стали! Он все равно бросит нас! И тебе все равно придется жить без него. Будешь доживать в одиночестве свой век, постепенно превращаясь в старую каргу, которой ты видела меня в пещере! И так будет всегда, пока ты не возьмешь себя в руки и не спасешь Долину!
Я упала на колени и заплакала. Безумно, горько и так искренне, как, наверное, никогда за свою жизнь. Мое сердце стремилось вон из груди и обжигало меня. Разум отказывался принимать все, что я слышала. Ничто не могло мне помочь – ни великие силы, которые я получила в Долине, ни знания, ничто другое. Потому что это было моей судьбой. И я точно знала, что совесть никогда не позволит мне поступить неправильно. И плакала навзрыд, потому что понимала – будет так. Злость на саму себя и на этот жестокий мир рвала меня на куски и выворачивала наизнанку.
Я почувствовала, как чья-то рука успокаивающе опустилась мне на голову, и тепло разлилось по всему телу. Испытав успокоение, я открыла глаза. Пешехонов прилег рядом на мою кровать и шептал мне:
– Тихо, тихо, Эмилия. Это только сон. Проснись, я с тобой.
Я посмотрела на него, такого любимого и такого дорого. Ах, если бы можно было хоть что-то изменить. Если бы это действительно был только сон. Но Видящая была права. Он мешает мне, слишком согревает меня. Рядом с ним я счастлива, и значит никогда не смогу управлять этой силой всерьез. Но сейчас мне хотелось украсть у жизни эту минуту счастья. Только минуту! А завтра… завтра я стану той, кем хочет сделать меня Вселенная.
– Конечно, Лёша! Это был только сон, – соврала я, вытирая слезы и прикасаясь губами к его губам. Он, кажется, ожидал этого и обнял меня крепко и вместе с тем удивительно нежно. Мы оба почувствовали, как наша непреодолимая страсть друг к другу наконец-то может безнаказанно вырваться и заполнить все вокруг.
– Ты хочешь быть со мной? – спросил он.
– Да, – ответила я, нисколько не сомневаясь.
