Еще один немецкий историк, секретарь померанских герцогов, Томас Канцов (1505–1542) в 1531–1538 гг. подготовил новое исследование по истории Поморья под заглавием «Хроника Померании». Канцов также разделяет Винету и Волин и пишет, что Винета была самым крупным городом Европы того времени. В ней жили греки, славяне, венды, саксы и другие народы. В Винету стекались товары со всех земель. Именно в Винету бежал Харальд Синезубый, спасаясь от своего мятежного сына. В 1528 г. Канцов предпринял поездку на остров Узедом. Он побывал у деревни Дамеров, где, согласно местной традиции, и была расположена Винета. По словам Канцева, под водой у берега острова частично сохранились фундаменты домов городских жителей. Над водой возвышаются большие камни – предположительно, остатки церквей и ратуши. Рыбаки говорили Канцову, что с помощью длинных шестов можно определить расположение улиц, вдоль которых расположены эти камни. Канцов приводит в своей книге примерную их схему. Он полагал, что город тянулся с востока на запад и по размерам не уступал Любеку. После разрушения Винеты возник новый город, Висбю, на острове Готланд, ставший его преемником в плане торговли (Burkhardt: 1935. S. 45–48; Kantzow: 1816. S. 47–51). В книге Канцова легенда о Винете окончательно оформилась и благодаря популярности этого издания получила широкое распространение.
Деревню Дамеров стали посещать те, кто интересовался судьбой ушедшего под воду города. Незадолго до 1560 г. здесь побывал молодой герцог Брауншвейгский в качестве гостя вольгастского герцога Филиппа I (1515–1560). Герцог Филипп позволил ему измерить руины Винеты. Оказалось, что они занимают полмили в длину и три четверти мили в ширину. В 60‑е или 80‑е гг. XVI в. бургомистр Трептова, племянник Бугенхагена Иоганн Люббехиус предпринял поездку к деревне Дамеров, чтобы на месте решить проблему Винеты (Barthold: 1839. S. 415). Старый рыбак, некогда сопровождавший герцога Брауншвейгского, отвез его к тому месту, где под водой, как считалось, покоились руины города. Люббехиус полагал, что город протянулся с востока на запад, а его общая площадь превосходила площадь Ростока или Штральзунда. Люббехиус предложил свою теорию относительно Винеты. По его словам, город процветал еще во времена похода Гейзериха в Африку и Одоакра в Италию, т. е. в V в. н. э., в нем жили вандалы, славяне, саксы, готы. Он не был разрушен врагами, но ушел под воду вследствие морского прилива и шторма в 830 г. Позднее шведы на кораблях перевезли на Готланд в Висбю мраморные статуи, предметы из золота и серебра, а также городские ворота. Люббехиус отвергает мнение тех авторов, которые считали Юлин (Волин) и Винету одним городом. Они были расположены в разных местах, хотя описание их во многом сходно и основывается на Хронике Гельмольда. По Люббехиусу, Волин был важнейшим после Константинополя торговым городом, в котором жили винеты, шведы, евреи, греки, датчане, вандалы, славяне, рутены – каждые в своем отдельном квартале. В 1170 г. он был разрушен датским войском. Свои наблюдения Люббехиус изложил в письме к Давиду Хитрею (1530–1600), известному немецкому теологу и историку, профессору, ректору университета в Ростоке. Хитрей опубликовал его в своей книге «Вандалия» в 1589 г. (Chytraeus: 1589. S. 148–157). «В Хронике Саксонии» Хитрей кратко изложил свои взгляды на проблему Винеты. По его мнению, Юлин – это торговый город на острове Волин, тождественный современному городу, носящему то же название, что и остров, а Винета была расположена на соседнем острове Узедом, у деревни Дамеров и задолго до появления Юлина прославилась торговлей и богатством. Относительно причин гибели этого города Хитрей приводит разные мнения. Согласно одной традиции, Винету поглотило море, по другим сведениям около 830 г. ее разрушил шведский король Хальдунг, а сокровища и городские ворота вывез на остров Готланд. По словам Хитрея, в хорошую погоду можно видеть на дне моря фундаменты зданий и городские улицы (Burkhardt: 1935. S. 52; Chytraeus: 1593. S. 10–11).
