Гицур Старый сказал:
Существовал закон конунга Хейдрека, что если в стране было войско, а конунг этой страны отметит ветками орешника поле и назначит место сражения, то викинги не должны были воевать до того, как пройдёт эта битва. Гицур надел хорошие доспехи и вскочил на своего коня, словно был молод. Он сказал конунгу:
Ангантюр сказал:
Тут Гицур ускакал прочь и ехал, пока не добрался до войска гуннов. Он подъехал не ближе, чем мог с ними говорить. Тогда он крикнул громким голосом и сказал:
И ещё:
Услышав слова Гицура, Хлёд сказал:
Конунг Хумли сказал:
Гицур сказал:
— Не испугают нас ни гунны, ни ваши рогатые луки.
Тогда Гицур пришпорил своего коня, поскакал к конунгу Ангантюру, предстал перед ним и хорошо поприветствовал его. Конунг спросил, нашёл ли он вражеских вождей.
Гицур сказал:
— Я говорил с ними, и я вызвал их на поле битвы на Дунхейд в долинах Дюльгьи.
Ангантюр спросил, как велико у гуннов войско.
Гицур сказал:
— Их великое множество:
Услышав о войске гуннов, Ангантюр разослал во все стороны гонцов и призвал к себе всех, кто хотел оказать ему помощь и кто мог владеть оружием. Затем он отправился на Дунхейд со своими людьми, и это было огромное войско. Навстречу ему вышло войско гуннов, и было у них людей в два раза больше.
На другой день они начали битву и сражались весь этот день и вечером отправились в свой лагерь. Они бились так восемь дней, и предводители были ещё целы, хотя никто не знал, сколько народу погибло. Но денно и нощно со всех сторон к Ангантюру прибывали люди, и получилось так, что у него было не меньше людей, чем вначале. Теперь битва стала ещё упорнее. Гунны были очень стремительны и видели свою участь: надежда на жизнь была только, если они победят, и напрасно было бы просить у готов пощады. Готы защищали свою свободу и родину от гуннов и потому стояли непоколебимо, подбадривая друг друга. На исходе дня готы так бешено атаковали, что ряды гуннов поддались. Увидев это, Ангантюр вышел из ограды щитов в передние ряды с Тюрвингом в руке и стал рубить людей и коней. Тут ограда щитов перед конунгами гуннов распалась, и братья обменялись ударами. Хлёд и конунг Хумли пали, гунны обратились в бегство, а готы убивали их и положили столь многих, что реки запрудились и вышли из берегов, а долины были заполнены мёртвыми конями, людьми и кровью.
Тогда конунг Ангантюр пошёл посмотреть на павших и нашёл своего брата Хлёда. Он сказал:
И ещё:
