Славный Кол — колобок сын отважного Бьёрна. Оседлавший морского коня, по реке вышел к краю земли. Слабый духом вернётся — испугается, повернёт, Но колобок крепок душой, и впереди лишь славный бой. Вперёд, только вперёд! И, если парус ветер не порвёт, И, если волны не захлестнут морского змея, Тогда, открыв богатство берегов других, Вернётся колобок домой, деревней всей почитаемый герой.
Жил человек и звали его Бьёрн. Была у Бьёрна жена Свана и двое детей: девочка — красавица Хель, да мальчишка — молодец Харен. Когда Хель встретила свою пятую весну, а Харену минула третья, родители познакомили их с новоиспечённым младшим братом Колом.
Маленький Кол был румянобоким с корочкой твёрдой, как камень, коренастым, некрасивым с крепкими руками и глазами синими, словно глубокая вода. Обычно маленьких людей выпекали из самой лучшей муки мелкого помола, чистой как снег. Ну, как людей, колобков вообще-то, но так как на земле этой кроме колобков, других людей не водилось, они полноправно звали себя таковыми.
Год, когда испекли Кола был совсем неурожайным, зерна собрали мало, смололи муки и того меньше, а вот желание завести малыша у Бьёрна и Сваны накопилось сильное. Невмоготу было им ждать ещё целый год. Засуетились, помели они по сусекам, поскребли по коробу и наскребли муки на маленький колобок.
Закипела работа, Бьёрн и Свана замесили тесто на свежей сметане и счастливые оставили его подходить. Потом вместе развели огонь и испекли в печи своего третьего колобка, и уж что вышло, то они и полюбили.
Кол рос быстро, был силён не погодам, хорошо владел словом и любил сочинять стихи, но был груб и чёрств, как его румяная корочка. Родители других колобков, живущих в деревне, наказывали детям во всём уступать Колу, и те слушались.
Однажды на праздник урожая в деревню приехали жители соседнего поселения со своими детьми. Взрослые пировали за столом, а Кол и остальные юные колобки убежали играть в мяч на луг. Разделившись на две команды, ребята стали соревноваться в шутку и ради смеха, но каждый знал, что на кону стоит честь деревни и ни одна из сторон не желала проигрывать.
Кол изо всех сил стремился к победе, но колобок из соседней деревни всё время его обыгрывал. Этого парня звали Хагин. Один раз Хагин, отбирая мяч, так толкнул Кола, что тот упал и сильно ушиб пятую опорную точку, именно ту, что при падении первой тянет к земле. За младшего брата вступился Харен и потребовал немедленно извиниться. Хагин же в ответ только хмыкнул:
— Ну, вот ещё! Не стану я извиняться перед таким некрасивым и неуклюжим колобком, сам виноват!
— Ах вот как, — нахмурился Кол, поднимаясь с травы и, отряхнувшись, прочёл такую вису:
Хотя Кол был одним из самых младших колобков деревни в крепости слова, рук и ног своих ему равных не было. Закончив читать вису и больше не вымолвив ни слова, маленький, румянобокий, некрасивый колобок с чёрствой корочкой крепко поколотил сначала своего обидчика, а затем и тех, кто его защищал. Словом, досталось всем детям из соседней деревни, да так, что те в слезах побежали к родителям жаловаться.
Устроив скандал, гости уехали прочь тем же вечером, и вся деревня ополчилась на Кола. Его ругали и порицали, ни в чьих глазах он не видел понимания, все твердили одно и то же:
— Ну почему ты не можешь быть как все колобки? Отчего тебе всё время хочется быть первым, быть самым лучшим? И это с такой-то корочкой, из такой-то муки, если это вообще мука…
Колу было очень обидно, ведь у него не было ответов на эти вопросы. Он ничего не мог с собой поделать, ни со своей чёрствой корочкой, ни с желанием быть самым лучшим.
Шли дни, но обида Кола никак не проходила. И вот как-то раз ему пришла в голову замечательная идея уплыть из деревни и вообще из страны колобков: «Раз мне здесь не место, я найду себе другое!» Наутро Кол поделился своими мыслями с сестрой и братом. Харен поддержал идею и даже вызвался плыть с Колом, а Хель попыталась отговорить, но у неё ничегошеньки не вышло. Младший братец ответил ей красноречивой висой:
Выйдя из дому, ребята побежали на луг, где всегда играли юные колобки. Кол поделился своей затей с друзьям, и те, хотя сильно переживали за Кола, всё же согласились помочь ему в этом деле. Ведь они знали, что отговаривать и уж, тем более, спорить с Колом совершенно бесполезно, а иной раз даже опасно…
Вся страна колобков протянулась вдоль левого берега широкой Реки — Матушки. От самой дальней деревни до бережка не больше пяти вёрст.
