Сага о Кугеле полностью

Юкоуну, известный по всей Альмери как Смеющийся маг, сыграл над Кугелем очередную злую шутку. Уже во второй раз Кугель был схвачен, перенесен через океан Вздохов на север и выброшен на унылый берег, называемый Шенгльстоун-Стрэнд. Весьма печальное происшествие.

Поднявшись на ноги, Кугель отряхнул песок с плаща и поправил шляпу. Он находился не более чем в двадцати ярдах от места, куда его забросили в прошлый раз, и тоже по воле Юкоуну. Меча у него при себе не имелось, а кошелек был совершенно пуст. Кругом царило безлюдье, до Кугеля не доносилось ни звука, кроме заунывных вздохов ветра в дюнах. Далеко на востоке смутно видимый мыс уходил в воду, а его двойник, такой же неразличимый, скрывался в водной глади на западе. На юге расстилалось море, совершенно пустынное, если не считать отражавшегося в нем дряхлого красного солнца.

Заледеневшие чувства Кугеля постепенно оттаяли, и волны эмоций, одна за другой, нахлынули на него, но все затмила ярость. Юкоуну, должно быть, живот надорвал от смеха, потешаясь над ним. Кугель поднял кулак и погрозил югу.

— Ну, Юкоуну, на этот раз ты превзошел самого себя! И заплатишь за это! Я воздам тебе по заслугам!

Некоторое время Кугель, длинноногий и длиннорукий, с прямыми черными волосами, впалыми щеками и подвижным лицом, которое с легкостью принимало любое выражение, вышагивал по берегу туда и обратно, бранясь и проклиная все на свете. День клонился к вечеру, и солнце, наполовину опустившееся к западу, брело по небу, точно изнуренное больное животное. Кугель, которого никто не упрекнул бы в недостатке прагматизма, решил приберечь злобу на потом, ибо сейчас куда важнее было найти ночлег. Он выплюнул последнее проклятие в адрес Юкоуну, пожелав тому с ног до головы покрыться фурункулами, а затем пересек покрытый галькой берег и, забравшись на вершину песчаной дюны, оглядел окрестности.

На севере тянулась нескончаемая череда болот, а за ними уходили в темнеющую даль жмущиеся друг к другу черные лиственницы. На восток Кугель взглянул лишь мельком. Там лежали деревушки Смолод и Гродз, а жители страны Катц, как известно, славились своей злопамятностью. На юге, безжизненный и блеклый, до самого горизонта простирался океан.

На западе побережье смыкалось с цепочкой невысоких холмов, которые, вдаваясь в море, образовывали мыс. Внезапно мелькнувший где-то в отдалении красный проблеск мгновенно привлек к себе внимание Кугеля. Так сверкать мог лишь отраженный от стекла солнечный луч!

Кугель запомнил место, где заметил блеск. Он скатился по склону дюны и как можно быстрее поспешил туда. Солнце заходило за мыс, и на побережье начала наползать серо-лиловая мгла. На севере маячил рукав бескрайнего леса, известного как Великая безлюдь и наводящего на зловещие мысли. Кугель, вспомнив о нем, прибавил ходу, перейдя на огромные скачки.

На фоне неба выделялись темные холмы, но ни намека на жилье. Кугель совсем пал духом. Он немного замедлил бешеную скачку, внимательно оглядывая окрестности, и, к огромному облегчению, увидел, наконец, большой красивый дом старомодного вида, спрятавшийся за деревьями запушенного сада. Нижние окна сияли янтарным светом — отрадное зрелище для застигнутого тьмой путника. Кугель проворно свернул с дороги и приблизился к дому, на время позабыв о своей обычной осторожности и заглядывая в окна, чему немало поспособствовали две белые тени на краю леса, бесшумно нырнувшие обратно во мрак, стоило ему обернуться, чтобы посмотреть на них.

Кугель подбежал к двери и рванул цепочку звонка. Изнутри донесся далекий звук гонга. Прошел миг. Кугель нервно оглянулся через плечо и снова дернул цепочку. После томительного ожидания за дверью наконец послышались неторопливые шаги.

Дверь приоткрылась, и в щелочку выглянул вороватого вида согбенный старик, тощий и бледный.

Кугель постарался придать своей речи аристократическую учтивость.

— Добрый вечер! Могу ли я узнать, что это за чудесное место?

— Это Флютик, сударь, поместье господина Тванго. А вы кто такой? — неприветливо прошамкал старик.

— Да, в сущности, никто, — беспечно отозвался Кугель. — Я путешественник и, кажется, заблудился. Поэтому хотел бы воспользоваться гостеприимством господина Тванго и переночевать под его кровом, если дозволено.

— Это невозможно. Откуда вы пришли?

— С востока.

— Тогда идите дальше по дороге, лесом и по холму, в Саскервой. Там вы найдете ночлег на постоялом дворе «У голубых ламп».

— Но это слишком далеко; кроме того, воры украли все мои деньги.

— Вряд ли вы найдете здесь поддержку — у господина Тванго с попрошайками разговор короткий.

С этими словами старик попытался захлопнуть дверь, но Кугель просунул в щель ногу.

— Погодите! Я заметил на краю леса две белые тени и ни за что не отважусь сегодня продолжать путь!