Убедившись, что нет никакой разницы, куда ему двигаться, Иоло ловко спрыгнул вниз. Пролетев расстояние, которому позавидовала бы Алиса из Страны чудес, он ловко приземлился на землю. Хотя, то, что оказалось под ногами сновидца, сложно было назвать землей. Почва больше походила на зеленое желе. Иоло быстро сориентировался и двинулся в ту сторону, в которой, как ему казалось, было что-то интересное. Перемещаться ему было весело: он почти летел, отталкиваясь от желе, допрыгивал до ветки ближайшего дерева, спрыгивал с нее вниз и повторял процесс.
Нельзя было сказать, что деревья в лесу были такими же, как на Земле, но они вполне могли сойти за какие-нибудь экзотические экземпляры в коллекции ботаника. На некоторых даже были какие-то плоды, которые временами падали с веток, когда Иоло спрыгивал с них. В момент падения фрукты и ягоды вели себя совершенно по-разному: какие-то улетали глубоко вниз, растягивая желе, как резину рогатки, и после этого, как пушечные снаряды, улетали высоко вверх. Другие наоборот застывали, едва коснувшись желе, как будто ничего не весили. Третьи и вовсе не касались земли – в момент падения у них вырастали крылья и они улетали вглубь леса. На некоторых деревьях висели плоды, которые наподобие коктейля Молотова поджигали все вокруг, а с другой стороны тех же деревьев Иоло невольно сбрасывал те, что мгновенно замораживали пространство.
Иоло нравилось разнообразие мира, в который он попал, и он уже было задумал устроить переворот и показать Змеям, кто тут сновидец, как внезапно его пронзило что-то большое и холодное. Он опустил голову вниз: в его груди зияла дыра размером с голову. Крови не было, вместо нее внутри дыры клубился черно-фиолетовый дым.
«Так дело не пойдет», – подумал Иоло, которого совершенно не устраивала такая быстрая смерть, ведь, как правило, когда он умирал, он просыпался. Дыра заросла, холод отступил, а сам Иоло, вернулся на несколько прыжков назад.
Время снова пошло по-прежнему, но теперь Иоло знал, чего ему ждать. Дойдя до того же места, где в прошлый раз он умер, сновидец резко отскочил в сторону и краем глаза увидел, как мимо него пронесся черно-фиолетовый сгусток. Иоло приземлился на ветку и повернулся в сторону сгустка, который больше всего походил на очень плотный дым. Иоло понял, что его ждет бой. В жизни он дрался только два раза в школе, и оба раза это было сложно назвать дракой, поскольку его просто били. Но когда в его руках было такое могущество, и он знал, что в действительности смерть ему не угрожает, он хотел этой драки. Он часто дрался во сне, ему нравилось искать уязвимые места необычных противников, созданных им самим, и продумывать тактику для победы над ними. Поэтому сейчас он смотрел на то, как оно поворачивается. У существа не было ни спины, ни лица, но Иоло знал, что оно поворачивается, и предвкушал бой.
Существо, которое он окрестил Дымком, уплотнилось, уменьшилось в размерах и замерло. Через секунду ожидания Дымок со скоростью выстрела полетел в Иоло. Сновидец был готов и ловко увернулся, затем быстро прыгнул в сторону, пробежал вверх по стволу дерева, оттолкнулся ногами и, сделав сальто назад, схватил в полете один из плодов. Теперь у него было оружие. Правда, он не знал, что оно делает, но уже решил, что оно должно быть замораживающим. Быстрое движение руки, и через секунду плод врезался в черно-фиолетовую массу, готовую повернуться для очередного рывка. Существо мгновенно замерзло в очень необычной форме и упало на желеобразную почву.
Иоло уже собрался было идти дальше, но внезапно услышал рев. Обернувшись, он увидел дымок, в десять раз превосходящий по размерам тот, что он только что победил. У этого дымка было некое подобие пасти – она, конечно, была лишь видимостью, но тем не менее издавала страшный звук.
Иоло проснулся. Несколько секунд он оглядывался, пытаясь понять, почему продолжает слышать рев Дымка-старшего. Звонили в дверь.
Кряхтя спросонья, Иоло скинул с себя вязаный плед и поднялся с дивана. Он жил в съемной квартире, которую в силу своей нелюбви к уборке захламил так, что некоторые башни из коробок возвышались над головой и грозили в любой момент рухнуть. Иоло уже давно наловчился передвигаться по квартире так, чтобы ничего не задеть, – падение любого предмета могло вызвать эффект домино, и он всерьез опасался оказаться заваленным своим же хламом. Спешно двигаясь к двери, в которую все настойчивее продолжали звонить, он больно ударился ногой о приобретенную вчера коробку со старыми грампластинками. Иоло коллекционировал их, хотя не слушал ни разу в жизни ни одной пластинки. Ему просто нравилось смотреть на их обложки, ощущать свою причастность к той эпохе и смотреть на мир глазами художников-оформителей.
