После этого Орэкья назначил сходку Людям из Мелкого Залива, и они решили совместно напасть на Одда. И те, и другие, должны были взять с собой по двадцать пять человек. Орэкья ехал через Мерцающую Пустошь, а те — через Пустошь Конского Фьорда. Во Фьорде Эрна, неподалеку от Песчаного Берега, они встретились и пошли к хутору; было это еще до наступления дня. Они окружили двор, потому что все двери были заперты на засов.
Когда люди на хуторе поняли, что пришли враги, они подошли к дверям и спросили, кто стоит на дворе.
Те сказали, что там Орэкья с Людьми из Мелкого Залива.
Одд не поверил, что Орэкья там.
Те поднесли к постройкам огонь. После этого женщин и детей вывели и проводили в церковь.
Хёгни сын Халльдора призывал своих выходить, ибо в доме было немало отважных людей, Одд и сам Хёгни, Бард с Песков[597], Бёрк сын Бьярни, Магнус сын Гисли, Халльбьёрн сын Кали и многие другие. Одд был настроен крайне решительно. Он и его люди подошли к тем дверям, которые были проделаны в тыльной стороне дома и вели от очага в баню; там был узкий проход. Напротив выхода стояло пять человек, а остальные прикрывали их, стоя на постройках.
Первым выбежал Халльбьёрн сын Кали. Он задел головою за притолоку, и стальной шишак слетел у него с головы. Тут же ему нанесли смертельный удар. За ним вышел Хёгни, держа в руке меч. Он ударил им Торбьёрна Кобылу, и это была смертельная рана. Затем Хёгни еще раз ударил Торбьёрна и разрубил ему плечо, так что показалось легкое. За ним вышел Одд и ударил Торбьёрна сына Йона; удар пришелся в голову выше уха, и это была очень большая рана. Торбьёрн был в меховом тулупе, в котором мечи вязли, даже если под него подложить деревяшку. Хёгни ударил Торбьёрна по спине и разрубил тулуп одним ударом. Затем вышел Бёрк сын Бьярни, за ним Бард с Песков, затем — их родич Свейнбьёрн. Всего они вышли ввосьмером. Магнус сын Гисли ударил Торбьёрна сына Йона по голове за ухом, и это была смертельная рана. Все люди бросились из прохода врассыпную, прочь от Хёгни. Однако с крыши их доставали копьями и рубили. В этот миг Одд получил тяжелую рану, ибо ему одному пришлось отбиваться от многих сразу; он отступил тогда обратно в дом. Тогда Бьёрн Брюхо спрыгнул вниз в проход к Хёгни, а Хёгни замахнулся на него мечом. Бьёрн не видел для себя иного выхода, кроме как налететь на Хёгни и ухватить его за руки, а эта задача была для большинства людей непосильной. Но тут вниз в проход спрыгнуло пять человек, и Хёгни удалось схватить, и Бьёрн даровал ему пощаду, а Орэкья с этим согласился. Затем Хёгни и его товарищи отошли поодаль и уселись в поле, ибо им дали пощаду.
В этот миг из дома вышел какой-то человек и сказал, что рана Одда смертельна.
Услышав это, Хёгни тут же вскочил и ударил мечом человека по имени Сигхват Разиня и нанес ему большую рану в поясницу; при этом бечева штанов Сигхвата оказалась разрублена напрочь.
Сигхват хотел отомстить за себя, но штаны свалились у него с ног.
Затем Хёгни вновь схватили, но перед этим он рубил направо и налево.
Тут подошел Орэкья и велел убить его.
Гудмунд Сосунок убил Хёгни.
После этого люди Орэкьи стали тушить огонь. Всем людям дали пощаду, и они вернулись в дом. А домочадцы остались хлопотать возле Одда, и он был соборован и помазан.
Днем, после завтрака, люди Орэкьи нашептали ему на ухо, что Одд, мол, ранен не так тяжело, как прикидывается. И тогда Орэкья отрядил к нему Свейна, человека из Ледового Фьорда, и велел убить Одда. Об этом в народе отзывались дурно.
После всех этих событий Орэкья покинул Песчаный Берег и уехал к себе домой в Озерный Фьорд.
Большинство людей рассказывают, что это священник Магнус с Людьми из Мелкого Залива велели написать то письмо, которое попало к Асгриму.
[1234 г.] Кольбейн Младший жил тогда на Мошкарном Болоте. Он был большой хёвдинг и держал при себе большую свиту храбрых мужей. Старая дружба между ним и Сигхватом к этому времени дала трещину, и было немало людей, которые внесли дурную лепту. Те, кто творил бесчинства в Островном Фьорде, перебегали к Кольбейну, а те, кто творил бесчинства на западе в округах Кольбейна, бежали к Сигхвату.
В то время в Нагорном Фьорде было много крупных бондов, и большинство из них были друзьями Сигхвата — Кальв сын Гутторма с Большого Двора, Халль с Шумного Двора, Иллуги с Борта, Бьёрн с Кряжа, Йон сын Маркуса со Двора Хьяльти, муж умный и видный, — он был тогда уже в сане священника.
Одного человека звали Эйнар Наседка[598]. Он жил в той же округе и отлично ладил со всеми подряд — дружил и с епископом, и с большинством его недругов.
В ту зиму между Островным и Нагорным Фьордами сновало множество подстрекателей.
Однажды на Мошкарном Болоте случилось так, что Эйнар Наседка завел беседу с Кольбейном и сказал, что может поведать ему вещи, которые тому полезно знать.
Кольбейн спросил, что же это.
— Это предательство, — его, мол, замыслили бонды из округи, в случае, если Сигхват пойдет на Кольбейна.
