Симон Узел велел Арни зарубить Снорри.
— Не надо рубить, — сказал Снорри.
— Давай, руби, — сказал Симон.
— Не надо рубить, — сказал Снорри.
После этого Арни нанес ему смертельную рану, и оба они с Торстейном поразили его.
На следующий день во главе отряда явились Лофт, Клэнг и Арни.
В тот же день весть о случившемся пришла на запад в Долины к Туми, и он тотчас отбыл оттуда в Лощину, и далее на Остров Храппа. А Свертинг послал своего сына Стейна дальше на запад к Стурле. Стурла же известил Орэкью, и тот прибыл с запада, и они со Стурлой повстречались на Шатровом Мысу.
Тут они узнали, что с севера в Долины прибыл Кольбейн Младший и сел у Бабьей Кручи с четырьмя большими сотнями людей. Тогда Орэкья распорядился подогнать Длинное Копыто к Соляным Островкам, и Стурла мог теперь в случае нужды взойти на корабль. Кроме того, Стурла должен был обеспечить конную стражу с обеих сторон пустоши, пока отряд Кольбейна сидит в Долинах.
Гицур со своим отрядом двинулся на запад навстречу Кольбейну, и они послали сообщить в Усадьбу Бёдвару, чтобы он подходил к ним.
И когда он пришел, было решено, что он примет хутор на Овечьей Горе и сядет на нем в ближайшую зиму и будет следить за Орэкьей и теми, кто станет на его сторону, и слать донесения Гицуру с Кольбейном. А в заложники к Гицуру отправятся Торгильс Заячья Губа, сын Бёдвара, и Гутторм, брат Бёдвара[834]. Затем Кольбейн и его люди отбыли на север, а Гицур — на юг. Было решено, что хутор на Дымном Холме перейдет к Клэнгу.
Гицур послал сообщить Сёльмунду с Хельгой, чтобы они встретились с ним. И когда они прибыли на Дымный Холм, были выбраны люди, чтоб побудить их отказать наследство Снорри Гицуру[835]. Было сказано, что они наврядли добьются правды от Орэкьи, а сыновья Халльвейг, мол, обойдутся с ними круто. Кончилось тем, что они поручили наследство Снорри Гицуру. Эгиль должен был получить из наследства не менее двух сотен сотен, а Гюда — столь большое приданое, какое ей понадобится. Ранее же Сёльмунд с Хельгой успели поручить имущество Стурле сыну Свейна[836], чтобы он оберегал его.
Затем Гицур вернулся домой на юг, а Клэнг отъехал к Проезжему Холму и поставил людей смотреть за хутором на Дымном Холме.
Кольбейн отбыл из Долин на север.
Бёдвар застал своего брата Стурлу на Стадном Холме, и между ними не заладилось. Стурле казалось странным, что Бёдвар решился встрять в столь неблагодарное дело, чтобы слать лазутчиков Гицуру. А Бёдвар считал, что не мог возражать в одиночку, когда Кольбейн с Гицуром обсели его, и никто не противостоял им[837].
Орэкья был законным участником тяжбы об убийстве отца по тем законам, что были в стране в это время[838]. Но виры ему никто не предложил, и так время тянулось до самого поста перед йолем; после этого Орэкья уехал на запад во Фьорды. К Мессе Томаса [21 декабря 1241 г.][839] он прибыл к Грязному Двору с запада.
На следующий день после Мессы Томаса Орэкья со Стурлой выехали с Усадебного Пригорка. Сперва они двинулись к Стадному Холму и там к ним присоединились сыновья Дувгуса, а к ночи подошли к Овечьей Горе. Бёдвар и его люди видели их войско; двери были загорожены строевыми балками, и на хуторе было много народа. Стурла подъехал к дверям, и братья стали переговариваться. Кончилось тем, что Бёдвар вышел во двор к Орэкье, и между ними все прошло гладко. Они зашли в дом и устроились спать и выехали оттуда не прежде, чем вполне насытились. Там же в Долинах, на Мессу Торлака [23 декабря 1241 г.], они остановились на ужин. Было у них почти три сотни людей. С ними были Гисли с Песков, Асгрим сын Бергтора, Вигфус сын Гуннстейна и большинство лучших бондов из Фьордов.
В сочельник <йоля> они проехали по Крутому Обрыву и в час, когда смеркалось, вступили в Долину Северной Реки. Там Орэкья и Стурла с восемью десятками мужей отделились от войска; оставшимся ополченцам они наказали встречаться с ними у моста через реку. Они прискакали к Пойменному Отрогу и доподлинно выяснили, что Клэнг на Дымном Холме: он прибыл туда на Мессу Торлака [23 декабря 1241 г.]. Клэнг привел с собой более тридцати мужей. При нем находился Кодран сын Свартхёвди и прочие бонды с Мысов. На хуторе было, кроме того, немало народу из местных, так что всего набиралось почти восемь десятков мужей.
В то время хутор на Дымном Холме стоял за надежной крепостью, которую ранее велел возвести Снорри.
Клэнг и его люди держали конную стражу у моста и напротив всех бродов через Белую Реку, за исключением Каменного Брода; его не обороняли. И Орэкья со Стурлой переехали реку именно через этот брод. У них была с собой лестница, которую они привезли со Сконского Острова; еще одну они забрали на Гримовом Дворе.
На Дымном Холме не спали, и на хуторе сразу заметили, как скачет враг; тогда разбудили всех мужчин.
