Сага об исландцах полностью

Современному читателю следует иметь в виду, что ощущение общечеловеческой ценности саг отчасти было свойственно и их рассказчикам, хотя они вряд ли предполагали, что их саги переведут на другие языки — кроме, быть может, латинского языка, переводы на который и с которого реально практиковались в Исландии XII-XIII вв. Дело в том, что древнеисландское общество было построено в IX-Х вв. знатными выходцами из Норвегии, которые бежали от нарождавшейся власти конунгов, т. е. королей, не желая подчиняться гнету только что возникшего государства. Эти люди принесли в Исландию не только раннее норвежское законодательство — считается, что древнеисландское право X-XIII вв. повторяет нормы западнонорвежского общинного права, но и идеологию независимых хозяев, равных друг другу и не подчиняющихся никому. В Исландии собственное государство в средние века так и не сложилось, исполнительная власть, армия и полиция отсутствовали, а приведение приговора в исполнение было делом заинтересованной стороны: данный период (872-1262) принято называть «эпохой народовластия» в Исландии. Переселенцы бережно хранили память о своем роде и подвигах предков и развивали унаследованные культурные традиции, в том числе искусство складывать авторские, т. н. скальдические, стихи, и искусство слагать саги: исландские скальды и рассказчики саг ценились в Северной Европе тем выше, чем быстрее соответствующие искусства забывались в континентальной Скандинавии. Средневековые исландцы считали себя и были — носителями всей древнескандинавской, и шире — древнегерманской культуры: неслучайно героические песни «Старшей Эдды», сюжеты которых во многом восходят к эпохе Великого переселения народов (III-VI вв. н. э.), были записаны именно в Исландии. Здесь же был создан самый знаменитый трактат по древнегерманской мифологии и поэтике — «Младшая Эдда» Снорри Стурлусона (1179-1241). Родовые и королевские саги несут в себе менталитет свободных и свободно перемещающихся — от Константинополя до Гренландии и Нового Света — людей, которые превыше всего ценили свою независимость и стремились остаться такими в памяти потомков.

Исландцы X-XIII вв. поддерживали тесные контакты со своей исторической родиной, Норвегией, а также с Данией, Швецией, Англией, Шотландией, Ирландией, Гренландией, Оркнейскими и Фарерскими островами. Отражением того, что исландцы считали всю северо-западную Европу своим культурным пространством, служит теория о едином языке региона: тот же Снорри Стурлусон в составленном им цикле саг, «Круге Земном» (Heimskringla) уверял, будто до завоевания Англии норманнами в 1066 г. скандинавы и англичане якобы говорили на общем «датском языке» (donsk tunga)[7]. Научная лингвистика говорит по этому поводу, что древнеанглийский и древнескандинавский принадлежат к разным группам германских языков и что после 1066 г. древнеанглийский язык не сменился старофранцузским, вопреки мистифицирующим уверениям Снорри и до сих пор бытующему в обывательском сознании стереотипу, но вобрал в себя множество французских заимствований и стал развиваться ускоренными темпами[8]. Но Снорри прав в том, что после 1066 г. взаимное понимание скандинавов и англичан было затруднено. Кроме того, тексты древнеанглийского периода быстро стали непонятны англичанам последующих поколений. У скандинавов XI-XIV вв. таких проблем не возникло в силу сравнительно медленных темпов развития языка, а различия между исландскими и норвежскими памятниками этого периода по-прежнему можно описывать как диалектные. До поры до времени правители Норвегии нейтрально относились к заморским братьям по языку и не делали попыток овладеть Исландией, но в начале XIII в. положение изменилось. Королевская власть в Норвегии к этому времени значительно окрепла, а Исландия, напротив, вступила в период междоусобных войн. Именно эта роковая для исландского общества пора и запечатлена в «Саге об Исландцах» Стурлы Тордарсона.

Читатель, давший себе труд прочесть начало статьи, может теперь с недоумением остановиться: как примирить рассуждения об анонимности саги с заглавием книги, где рядом с названием текста «Сага об Исландцах», проставлено имя автора Стурла Тордарсон? Подлинная ли это сага, и было ли названное лицо ее полноценным автором? Покажем, что и то, и другое верно, и представим автора русской аудитории, ибо это первый перевод трудов одного из величайших исландцев и, одновременно, одного из крупнейших историков средневековья на русский язык.