Однажды он ворвался в мою жизнь и больше из неё не уходил. Поначалу отчаянно пыталась доказать ему, что я всего лишь доктор и между нами не может быть близких отношений. Но Саид Хаджиев задался целью надеть на меня браслет принадлежности и от своей цели ни за что не отступится. Даже если я буду против…Содержит нецензурную брань.
– Что, чурка, хочешь поиграть со мной в гангстеров? Ты не знаешь, с кем связался, и кто мой отец, – в панике заоглядывался вокруг, явно кого-то выискивая. – Он твою шайку бандитскую на зоне сгноит! Нееет! Вас там всех порешат!
Саид хмыкнул. Забавный какой этот уродец. Оставил бы его парням, как зверушку, для развлечений. Если бы не собирался грохнуть. Но кукле обещал. А обещания Хаджиевы просто так не дают.
– Я знаю, кто твой папаша. И кто ты знаю. Кусок говна, не способный даже с женщиной справиться без папочки-прокурора, или кто он там сейчас, мэр? Кстати, твой снайпер тебя тоже не спасёт. Ему самому сейчас помощь не помешала бы, – с удовольствием проследил за реакцией Шевцова, чья нервная ухмылка мгновенно сошла с бесцветной морды, и продолжил, вытаскивая из-за пояса ствол, направляя его мрази в лоб: – Тебе привет от Нади.
Трус заплясал, выставив руки в защитном жесте и отступая назад.
– Ой, а я ещё не закончил с сюрпризами, куда же ты так торопишься? Видишь ли, снайпер был отвлекающим манёвром. У меня в запасе ещё кое-что есть. Глянь, вон там, за лобовухой лампочка мигает? – Шевцов указал на одну из своих тачек, осклабился. – Там камера закреплена. Она транслирует запись происходящего здесь прямо в прокуратуру. Прямой эфир, так сказать. Так что, я бы на твоём месте…
– Ты не на моём месте, – выстрел прозвучал оглушающе, словно раскат грома. – И не будешь.
Обжёг глотку крепким вискарём, поморщился.
– Давай, быстрее латай. Дела у меня.
– Вам бы отлежаться хоть немного. Обезболивающее сейчас подействует, но…
– Делай, что говорю! – рявкнул на доктора, и тот, недовольно поджав губы, прошил иглой кожу. Саид зашипел, поморщился и выругался так, что медсестра, стоящая рядом, покраснела от корней волос до груди.
– Нужно было хотя бы укол сделать, – пролепетала испуганно, на что Саид наградил её злым взглядом.
– Ты будешь рот открывать, когда он сосать тебя заставит, – кивнул на доктора, медсестра вообще в помидорину превратилась. – Пошла отсюда!
– Иди, Машенька, – кивнул ей врач, и та сбежала, по пути зацепив стол с инструментами, а тот в свою очередь впился углом в бок, и без того ноющий от боли.
Вот сука… Машенька.
Глотнув горючего пойла ещё раз, выдохнул, прислоняясь к стене.
– Давайте вы ляжете, так будет удобнее.
– Шей, говорю, реще. Ехать мне надо.
Да. Он обещал отцу ужин. А отца Саид никогда не обманывал. За исключением каких-то мелочей. Но сегодняшний ужин – это другое. Отец принял Надю, как его женщину. Это дорогого стоит. Да и куклу надо бы хорошо спрятать. Лучше места, чем под крылом Хаджиева-старшего, нет.
Когда бочина была залатана, бутылка опустела, а доктор устало смахнул пот со своего лба, поднялся, кивнул Махмуду, а тот швырнул врачу пачку купюр. Ехать в свою больницу времени не было, и так крови из него вытекло дохера. Под руку подвернулась небольшая частная клиника. Стоматологическая, правда. Ну а какая там нахрен разница? Клиника и есть клиника.
Зарулили в неё. Поначалу персонал пытался увильнуть и вызвать ментов, но когда услышали фамилию Хаджиев, осели. И не пожалели. Доктору нужно не одну сотню челюстей собрать, чтобы заработать столько, сколько отвалил ему Саид.
– С…спасибо большое! – доктор таки прозрел, заулыбался.
– Не болей. Стоматолог, – кинул ему на прощанье Махмуд со своим фирменным акцентом и открыл перед Саидом дверь. – Теперь куда, господин Саид?
– За ней поехали.
Всю дорогу клонило в сон, то ли от алкоголя, то ли от потери крови. Пару раз даже ненадолго отрубался. Правда, на первой же кочке очухивался и снова устремлял взгляд на дорогу.
– Господин Саид, может, в гостиницу сначала? Отдохнёте? А я тем временем привезу Надежду? – Махмуд поглядывал на него с неодобрением.
– Нет. Вези к ней.
Надю нашёл в постели. Подошёл к тумбочке, поднял упаковку из-под таблеток. Новая. Не хватает двух колёс. Загуглил – вроде снотворное. Сел рядом.
Всё делал на автомате и очнулся, когда уже пальцами касался её лица. А именно – сочных губ. Влажных, вкусных до охерения. Надавил пальцем на нижнюю и почувствовал, как, несмотря на усталость, оживает всё в паху. Яйца заныли от воздержания, и из глотки вырвался раздражённый вздох.
Одёрнув руку, прямо в куртке свалился рядом. Даже если сейчас с потолка ебанёт молния Наде в голову, и случится чудо – она позволит ему залезть на себя, то он всё равно ни на что не способен. Ноет простреленная бочина, и вискарь подействовал как-то слишком расслабляюще. Вздремнуть бы.
Закрыл глаза, а кукла Надя заворочалась, что-то простонала. Прислушался и, ни хрена не поняв, обхватил её за талию рукой, прижимая к себе.
