— Здравствуйте. Я… Простите, я тут убиралась. Не знала, что вы здесь… — пролепетала девка, выровнявшись и захлопав глазами. Увидела его голым, распахнула рот. — Простите, я могу закончить попозже… — но вопреки его словам уходить не торопилась.
— Я спросил, кто такая? — швырнув вещи на кресло, прошагал к шкафу.
— Новенькая я… Таня. Уборщица.
— Тебе не сказали, что входить в мою комнату запрещено? Здесь убирается только Хаджар.
— Да, мне говорили…
— Тогда что ты здесь делаешь? — отдать должное незваной гостье, помогла. Возбуждение схлынуло, хоть и застыло в паху ноющей тяжестью.
— А я сама к вам пришла. Хотела увидеть вас ещё раз. Я в ваш дом только ради вас пришла. Вы, наверное, меня не помните, мы с вами в клубе познакомились. В «Паутине»…
Хаджиев повернулся к девице, а та мелкими шагами засеменила к нему. Обычная девка, коих он сношал сотнями. Откуда ему её помнить. Блондинка. Саид вообще разделял женщин на два вида. Блондинки и брюнетки. Иногда попадались рыжие, синие, зелёные. Розовые. Но лиц их он никогда не запоминал. Надя, пожалуй, единственная, чьё лицо наколкой в мозгу отбилось.
— Не помню, дальше что?
— Я… Мы с вами в тот вечер вместе были. Это было два месяца назад. Я беременна от вас… От тебя, Саид.
Возвёл глаза к потолку, выдохнул. Ну и утро. День, похоже, ещё веселее будет.
— Хаджар! — прогремел, спускаясь по лестнице, и женщина мгновенно возникла перед ним, будто из-под земли вышла.
— Господин?
— Больше не поднимайся наверх, когда там кто-то спит. Никого не будить, не звать и вообще не появляться в нашем крыле, пока мы сами не выйдем. Уборка – только когда нас там нет. Запомни сама и прикажи остальной прислуге.
— Хорошо, господин, — Хаджар насторожилась. — Но могу ли я узнать…
— И уволь ту новую девицу, которую я только что поймал в своей спальне. Пусть охрана выкинет на улицу и чтобы больше я её не видел. Начальника охраны ко мне! А пока я буду завтракать, пусть соберёт своё шмотьё, он уволен.
— Я всё сделаю, — Хаджар метнулась мимо него наверх, где через секунду послышался её громогласный оклик. Что-то запричитала девица, но дальше Саид уже не слушал. Неинтересно.
ГЛАВА 11
Подула ему на рану. Вот дура. Ребёнка нашла. Он же толстокожий, здоровенный бугай.
Честно говоря, получилось всё как-то машинально. В детстве, когда я разбивала коленку, мама дула на неё, и боль проходила. С тех пор я всегда дую на раны. Просто привычка.
А Хаджиев аж вперёд подался. Подозреваю, тоже на автомате. Полотенце у него топорщилось, будто там вот-вот всё взорвётся.
