На следующее утро Саймон едва лишь успел расправиться со своим завтраком, как вернулся Роджер, приведший кобылицу Флеет-фут. Вместе с Роджером прискакали также лейтенант Саймона Грегори и шесть самых надежных его людей.
При виде этого отряда трактирщика охватила дрожь. Мало того, что на чердаке у него был заперт арестант, так тут еще эти семеро здоровяков. Не слишком ли много для него? Саймон, ни на чем не настаивая, сказал трактирщику, что от него требуется, и маленький человечек в отчаянии стиснул руки и жалобное морщился. Ему уже не раз приходилось иметь дело с солдатами и сталкиваться с их привычками, и теперь он опасался за спокойствие своего мирного дома и сохранность своих припасов. Он намекнул на свои опасения непроницаемому Саймону, который сделал ему знак отойти в сторонку и твердо обещал, что за любой ущерб, причиненный этими людьми из Монтлиса, он сполна заплатит. Все это очень хорошо, подумал трактирщик, но вряд ли деньги возместят утрату доброго имени и хорошей репутации его заведения. Как бы там ни было, но будучи поневоле немного философом, хозяин решил, что делу все равно уже ничем не поможешь, и поспешил приготовить солдатам достойный прием.
Саймон вышел навстречу своим людям, и каждый из них самым бравым образом приветствовал его. Роджер соскользнул с седла и предстал перед патроном с пакетом от Монтлиса, который Саймон оставил при себе для последующего внимательного прочтения. А Грегори между тем всем своим видом выражал почтительную готовность выполнить любое указание Саймона.
— Пусть люди отведут лошадей на конюшню, а ты иди со мной, — обратился к нему Саймон.
Грегори тут же повторил этот приказ своим подчиненным и, представив суетливому хозяину проводить своих лошадей, последовал за Саймоном в дом. Пока они вместе шли через небольшой сад, Саймон кратко оповестил Грегори обо всем случившемся.
— Разместишь здесь своих людей и проследишь за тем, чтобы они как следует соблюдали дисциплину, отвечать за которую будешь передо мной. Узника охранять днем и ночью. Это твоя обязанность. В разговоры с ним никому, кроме тебя, не вступить. И видеть его не должен никто. Передашь его тому, кто прибудет из Лондона с приказом короля или от меня. Когда передашь его, сразу возвращайся в Монтлис. Понял?
— Так точно, сэр.
— Держи узника на чердаке. Так будет надежнее. Я отправлюсь в Лондон, как только Роджер Мэйтланд покончит со своим завтраком.
— Мне приступать к делу немедленно, сэр? — спросил Грегори.
— Немедленно! И не забывай — дисциплина!
Как только Грегори удалился для исполнения своих служебных обязанностей, Саймон распечатал письмо милорда Фалка и углубился в чтение, с трудом пробираясь сквозь буйные каракули.
