С тех пор, как она узнала, что в подвале «Ньюсити-Фарм» есть морг, уже ничему не удивлялась. Ковалёв сначала отнекивался, мол, ну какой здесь может быть морг, это же не больница. Но когда она показала ему накладные на ввезённое оборудование Tantec, в частности, холодильные камеры для морга, сдался, сказав, что это «исключительно в научно-исследовательских целях».
- Можно вопрос?
- Можно.
- А что означают эти надписи на кабинетах?
- Названия.
- Названия чего?
- Названия кабинетов.
- А, понятно, как я сама не догадалась.
Охранник покосился на неё, сказав уже мягче:
- Это крыло технического обеспечения деятельности «Ньюсити-Фарм». Не путать с технологическим и лабораторным крылом.
- Не спутаю. Я там работаю.
- Ну и отлично, – охранник невозмутимо продолжал вещать. – А здесь инженеры, аппаратчики, программисты. Хотя нет, программисты в другом крыле. Здесь они есть, конечно. Но в малом количестве и несерьёзном качестве. Работают на подхвате, короче.
- И кого они хватают?
- Не кого, а чего. Люлей хватают в изрядном количестве. Каждое утро на разводе, на оперативке… Короче, Сергей Геннадьевич каждому раздаёт свою порцию люлей. Всем своим подчинённым. Доза подбирается индивидуально, с учётом особенностей организма, организации деятельности головного мозга и нервной системы, а также широты или узости мировосприятия. Так, чтобы хватило до конца смены.
Креслава внимательно смотрела на охранника. Тот был серьёзен и, похоже, не шутил. Интересно, они все здесь
- А зачем нужны эти…каждому по утрам?…
- Люли?
- Они самые.
- А чтобы работалось веселее, продуктивнее и эффективнее.
- Вы без них уже не можете…работать?
Охранник похмурел и замолчал. Лишь ускорил шаг. Креслава уже почти бежала за ним. Пытаясь как-то разрядить обстановку, сказала первое, что пришло на ум:
- Вам не кажется странным, что никого не видно, ни одной живой души? Может, они все заболели?
Здание «Ньюсити-Фарм» состояло из двенадцати этажей. Согласно старой традиции, первый – белого цвета, второй – жёлтого, третий – нежно-зелёного, а стены четвёртого – серого оттенка. Согласно старой, но странноватой легенде, основатель корпорации, Джон Стэнли, плохо запоминал, на каком этаже находится, и по его распоряжению стены первого в истории фирмы четырёхэтажного офиса раскрасили разными цветами: белым, жёлтым, зелёным и серым. Было это ещё в начале 20 века. С тех пор здания «Ньюсити-Фарм», разбросанные по всему миру, имеют подобное цветовое оформление первых четырёх этажей. Кроме, кажется, польского отделения, расположившегося в трёхэтажном здании. Но есть и другая точка зрения, согласно которой просто не вовремя закончилась краска. Про название тоже говорят разное. Например, что тщеславный, амбициозный аптекарь захудалого американского городишка Стэнли как-то во всеуслышание заявил, что впишет своё имя в историю города и штата. Отсюда «Ньюсити», что означает «Новый город». Креслава размышляла о том, что многие открытия, великие достижения и решения, изменившие ход истории, принадлежали людям эгоистичным и целеустремлённым. Это ведь почти одно и тоже.
Пройдя коридор технического обеспечения, они оказались перед другим лифтом. Охранник нажал на кнопку с цифрой девять. Двери распахнулись, они вошли в очередной холл. Освещение здесь ярче, чем в крыле техотдела. Пересекли холл, зашагали по длинному коридору. Здесь были люди. Женщина средних лет в сиреневом платье несла поднос с грязной посудой. Двое мужчин негромко разговаривали у открытой двери кабинета. Немного поодаль, около другого, сидело несколько человек, мужчин и женщин. Преимущественно строго одеты, некоторые в руках держали сложенные зонты.
На стенах висели плакаты с плановой информацией, техникой безопасности и путями эвакуации в случае возникновения чрезвычайного происшествия.
- Мы пришли. 916 кабинет.
Некоторые из сидящих с интересом рассматривали Креславу и охранника, другие лишь вяло скользнули по ним взглядом.
- Спасибо за экскурсию.
На слове «экскурсия»
- До свидания, – охранник развернулся и отправился в обратном направлении.
- Кто последний?
- Вы, кажется, – полный мужчина средних лет погладил пышные усы, улыбаясь ей. – За мной будете.
- Хорошо, как скажете.
- Да вы присаживайтесь. Очередь в лучших советских временнозастойных традициях. Тянется хорошо, но долго.
- Главное, не под дождём, – она поправила волосы и расстегнула жакет.
- Так-то да, – согласился мужчина.
Дверь открылась, из кабинета вышел мужчина с новым пропуском в зубах, файлом в одной руке и барсеткой в другой. Бросив по сторонам торжествующий взгляд, направился к холлу с лифтами.
- Мужчина, у вас бумага выпала! – кто-то из очереди показывал ему рукой на лежащий на полу небольшой лист типа справки, выпавший из файла.
- О, да… – немного замешкавшись, он поднял справку, краснея. – Спасибо… – И пошёл дальше обычной походкой, без напускного величия.
- Один откинулся. Счастливчик, – прокомментировал толстяк.
