Сайт знакомств (СИ) полностью

Свет торшеров дрожал, отражаясь от красного ковра. Почему их часто делали именно такого цвета? Дело в том, что красный цвет олицетворяет добро, правду и победу. Некоторые мастерицы различают несколько сотен его оттенков: глубокий, сочный, вечерний, звенящий, мягкий. Сотни маленьких элементов орнамента ковра, на первый взгляд никак не связанных друг с другом, формируют единую гармонию. Орнамент ковра ручной работы надо уметь «читать». Он, как цвет и его оттенки, несёт сложную смысловую нагрузку. Отражая, словно поэма, историю народа.

Андрей скинул тапочки, погрузив ступни в ковёр.

- Теперь мне кажется, что медицинский обман так же стар, как и мир, который его носит. Жажда наживы, мать её! Кстати, ты упомянула про вред бытовой химии и косметики. Я пользуюсь шампунем Head&Shoulders. Расскажи про него.

- В его состав входят лаурил сульфат натрия и лаурет сульфат натрия. Дешёвые пенообразователи.

И, видя вопрошающий взгляд Андрея, Креслава продолжила:

- Эти поверхностно-активные вещества содержат девяносто процентов шампуней и кондиционеров. А они канцерогенны и помечены знаком «опасно». Лаурил сульфат натрия используется, например, для обезжиривания двигателей автомобилей. Представь, что он делает с твоей головой и организмом, если он способен легко отмыть грязный движок?

- Их используют, чтобы подорвать здоровье нации? – нахмурился Андрей.

- Их используют, потому что они предельно дёшевы. Снижаем себестоимость шампуня, получаем больше прибыли при прочих равных.

Он погрустнел:

- Безрадостная складывается картина.

Не важно, о чём идет речь. Речь всегда идёт о деньгах.

Когда Андрей и Креслава вышли из кальянной, распаренные и умиротворённые общением, ночь опрокинула на них ушат прохлады. Разноцветные рекламные огни, шум проезжающих машин и прохожие, лица которых мгновенно забываешь, стоит им пропасть из поля зрения. Night city. Мир вокруг хрупок, недолговечен и зыбок. Дождь, случись он вновь, разгонит праздношатающихся, заставив их искать приют под ближайшей крышей. А если дождя не случится, всё равно наступит неизбежное утро. Перелистнув ночную страницу поиска наслаждений, заменит её хмуро-суетливой деловой. И так каждый день. И так каждую ночь.

Потом они мчались в такси, рассекая пространство и наматывая на колёса время. Это было их время. Он развернулся к ней, облокотившись спиной о дверь и полуопущенное стекло. А чтобы сгладить возникшее при этом между ними расстояние, взял её руку в свою. Молчал и смотрел в её глаза. Иногда переводя взгляд на попутные и встречные машины, фонарные столбы, рекламные вывески, ночное небо и бог весть что. Затем снова смотрел на неё. Она отвечала ему тем же. Ветер гулял в салоне, развлекаясь с их волосами. И никто не смел нарушить молчание. Только радио.

Опуская глаза ниже и ниже,

Этот мир невозможно взять и обнять.

Если сердце стучит тише и тише,

Тишина мешает услышать тебя.

Всё понимаю, но падаю в пропасть,

Не знаю, что может меня удержать.

Нельзя взять и просто нажать на тормоз,

Эту жизнь позабыв, другую начать.

Верность и любовь,

Верность и любовь…

Провожая её до дома, вдыхая пьянящий аромат её тела и обжигаясь об её нежные губы, он снова забыл спросить номер её телефона.

Когда за Креславой захлопнулась дверь, и он остался один на один с растворившимся в ночи городом, Андрей просто побрёл вперёд. Неторопливо, без цели и ориентиров. Небрежно закинув сумку на спину и засунув руки в карманы. Глубоко вдыхая влажный воздух, в котором ещё витали нотки её запаха. Внутри клокотали какие-то странные, давно забытые ощущения. Или чувства. Они не поддавались описанию. Скорее, это ожили воспоминания. Воспоминания далёкого июльского луга…

Это было странно, но картинка перед глазами кардинально поменялась. Лужи не раздражали. Их вообще можно легко обойти, если что. Или перепрыгнуть. Даже патруль в стороне, общающийся с двумя перебравшими мужиками, вызывал лёгкую улыбку. И тупая навязчивая реклама с зомбо-слоганами, на которую никто не смотрел, – и та стала какой-то другой.

Как и он сам.

Андрей машинально вытащил телефон. Два пропущенных от Данилы. Автоответчик пустой. Собравшись перезвонить, Андрей сообразил, что уже слишком поздно. Вернее, рано. Тучи скрывали зарождавшийся робкий рассвет. Машин и людей стало меньше. Это было коматозное время. Когда на ночные пороки сил уже нет, а остаток энергии надо сберечь на дорогу домой. Кстати, именно в это время наиболее часто умирают больные люди.

И вообще, он идёт не в ту сторону.

Андрей свернул, подойдя к ближайшему такси. Взглянул на номер и усмехнулся. Такси оказалось то самое, которое забирало их от кальянной.

Прикольное совпадение.

Таксист изумлённо вытаращил заспанные глаза, когда Андрей без слов открыл заднюю дверь, закинул сумку и плюхнулся следом за ней.

- Обратно по тому же адресу? – икнув, выговорил таксист.

- Не, брат. Я не для того за тобой прошёл полгорода, чтобы возвращаться в прошлое.