Совещание в Совдепе проходило бурно. Главный пункт повестки дня — выборы на предстоящий уездный съезд Советов. Демократические выборы, которые покажут на деле, как претворяются в жизнь идеи равенства. После утверждения ответственных за выборы Сакен попросил слова. Он обратил внимание собравшихся на то, что день ото дня становилось все очевиднее — противники Советской власти тайно собираются с силами.
— Вы видите сами, — сказал он, — что казаки и бывшие торе,[29] чиновники, казахские баи и волостные встречают нас косыми взглядами. Они готовы выступить в любой момент. Нам нужна армия. Не просто отряды, а люди, способные, если будет нужно, сражаться. Мы совершим большую ошибку, если потеряем бдительность. Поэтому я предлагаю — с сегодняшнего дня все члены Совдепа должны записаться в Красную гвардию.
Предложение Сакена было дружно поддержано. Порешили даже открыть курсы ускоренного обучения военному делу.
Была налажена почтовая связь, и теперь бесперебойно поступали газеты, журналы, письма. Однажды, просматривая свежие номера газеты «Революционная мысль», Сакен обратил внимание на небольшое сообщение под заголовком: «Резолюция». В нем говорилось, что на заседании Центрального Комитета казахской социалистической партии «Уш жуз» было обсуждено обращение Совета Народных Комиссаров «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока». Сакен сам переводил это обращение на казахский язык и опубликовал его в газете «Тиршилик», считая этот документ одним из важнейших для понимания целей и задач Советской власти в решении национального вопроса.
Излагая основные моменты обращения, Центральный Комитет йартии «Уш жуз» заострил внимание читателей на том, что:
«Совет Народных Комиссаров правильно понял общность задач между демократией Европы и 360-миллионным мусульманством. Борьба с империализмом, провозглашенная русской революционной демократией, результатом должна иметь освобождение мусульманских стран от эксплуатации европейского капитала и от опасности постоянных разделов. И в этом отношении приняты решительные шаги Советом Народных Комиссаров, чего мы, мусульмане, не видели ни у правительства Львова, ни у правительства Керенского…
Центральный Комитет, учитывая все это, большинством всех против четырех, постановил: объявить Совету Народных Комиссаров в центре и Советам солдатских, рабочих и крестьянских депутатов на местах полное доверие».
Издалека зашли. Чтобы выразить доверие власти большевиков, не обязательно говорить от лица мусульман всего мира. Не о мусульманах вообще, а о бедноте следовало писать, подумал Сакен. Но как бы там ни было, они все же ближе к нам, чем «Алаш». И ведь недаром Шаймерден стал членом партии «Уш жуз». Интересно, как он воспринял отказ от выдвижения моей кандидатуры в Учредительное собрание.
Сакен вскрыл конверт, присланный из Омска. В нем оказались второй номер газеты «Уш жуз» и письмо. Жанайдар Садуакасов с сожалением писал, что руководство культурно-просветительного общества «Бирлик» перешло к Магжану Джумабаеву и его сторонникам.
Начал читать газету «Уш жуз». На первой полосе помещен материал под заголовком «Партия «Уш жуз». Вторая страница начинается отпечатанным крупным шрифтом аншлагом: «Да здравствуют тюрко-татары!» Внизу опубликованы по-казахски и по-русски списки кандидатов в Учредительное собрание.
— Ну что же, сравним слова и дела «ушжузовцев». — Сакен начал читать программную статью «Уш жуз».
«Политическая партия «Уш жуз» находит недостаточной программу партии «Алаш», которая пытается сшить и надеть на плечи великого казахского народа тесную, очень короткую и очень куцую шубейку.
Поэтому партия «Уш жуз», отнюдь не желая сказать, что она «из молодых, да ранняя», обращается к казахскому народу, который подобен сейчас человеку, с великой надеждой простирающему перед трапезой к богу руки, со скромной просьбой не обойти ее стороной, не поддаться обаянию словам «Алаша» во время выборов».
— Э, друзья, так вот что беспокоит вас: выборы в Учредительное собрание. Вот почему вы вдруг стали такими смирненькими и почтительными. Ясно теперь, почему вы вдруг заговорили о вере, боге, мусульманстве. Это тактический ход на время выборов: надо представить верующим массам партию «Алаш» как безбожную и получить большинство голосов. Как бы там ни было, а мне с вами вместе не сидеть и разговоров не водить. — Сакен открыл новую страницу газеты. Его словно обожгла бросившаяся в глаза подпись: «Шаймерден Альжанов».
А-а, старый друг! Посмотрим, что ты пишешь.
Шаймерденовская статья называлась «Гнусным клеветникам»:
