Но Сакен был осмотрителен. Разговор между ними походил на обмен взаимными колкостями.
— Владимир Тимофеевич, как говорится в этих строчках:
все еще продолжаете рушить или уже начал глодать вас червь сомнения?
— Сакен Сейфуллинович, не стоит придираться. Чего не наговорит поэт, когда трясет лихоманка вдохновения! Что там я, даже твой друг Владимир Маяковский подарил мне «Мистерию-буфф» с таким автографом: «Товарищу по борьбе с Рафаэлями». Всему свое время. А время было интересным, Сакен.
— Владимир Тимофеевич, я ведь пошутил. А если серьезно, то у меня куча вопросов к вам. У нас в Казахстане, как вам известно, еще не создана организация писателей. Вот и хотел бы ознакомиться с вашим уставом и программой.
Кириллов великодушно подарил Сакену экземпляры устава и программы «Кузницы», выразив при этом надежду, что и в национальной республике теперь будет еще одно отделение этой ассоциации.
От Кириллова Сакен зашел к Селивановскому, одному из руководителей РАПП. И объяснил суть дела. Тот, в свою очередь, протянул Сакену отпечатанный типографским способом устав и платформу РАПП.
— Это мы утвердили в январе, на совещании при участии Анатолия Васильевича Луначарского. Могут быть изменения, но пока пользуйтесь. Хорошее начинание, и в других республиках создаются организации писателей. Удачи вам, — пожелал Селивановский.
А в доме старого друга Феоктиста Березовского Сакен узнал, что Центральный Комитет РКП (б) создал комиссию во главе с Фрунзе.
Основная ее цель — определить конкретную политику партии в области художественной литературы. Оказывается, все литературные группы и организации Москвы, которых было слишком много, высказались за то, чтобы как-то привести в систему писательские организации.
— Система системой, а представители различных групп напропалую расхваливают свои творческие платформы и поносят соседей. — Завидев Сакена, Федор Гладков неожиданно спросил: — А как у вас в республике?
— Наши поэты и писатели все еще не могут выбраться из пеленок, — ответил Сакен. — В этом году и мы, наверное, создадим свою организацию. Наше положение яснее, чем ваше: у нас есть еще такие литераторы, которые открыто выступают против революции. И здесь предстоит идейная борьба, она сплотит истинно революционных писателей.
— А какие-нибудь организации есть?
— Пока нет. По приезде, видимо, возьмемся.
— От разрозненных групп толку не будет. Лучше бороться организованно, — заключил свою мысль Гладков.
Перед выездом Сакен сходил в РОСТА, чтобы увидеться с Маяковским. Но тот оказался в командировке.
По дороге домой, в новую столицу Кзыл-Орду, Сакен вспомнил, что он давным-давно не писал стихов. И что ему уже не терпится вот тут, сейчас же, в поезде, сесть за поэму. И название есть — «Мать сыра земля».
Поезд добирался до Кзыл-Орды долго, и все же поэму кончил уже дома.
7 апреля 1925 года краевой партийный комитет принял постановление: «Учитывая просьбу товарища Сейфуллина о предоставлении ему возможности заниматься литературно-творческим трудом, назначить его председателем научной комиссии при комиссариате просвещения».
Сакен после возвращения из Москвы приступил к своим новым обязанностям.
12 июня секретариат краевого комитета РКП (б) принял решение о создании ассоциации казахских пролетарских писателей (КазАПП). Было создано организационное бюро в составе Сакена Сейфуллина, Николая Феоктистова, Беимбета Майлина, Абдрахмана Байдильдина. Этому бюро были вменены в обязанность «организация пролетарских писателей Казахстана, ведение пропагандистской работы и созыв Всеказахстанской конференции пролетарских писателей».
Оказалось, что создать писательскую организацию Казахстана не такое простое дело. Даже среди членов организационного бюро нет единства во мнении. Хотя все сходятся на одном — создать необходимо.
Сакен давно задумывался над названием организации — ведь оно как знамя. И поделился своими соображениями с членами бюро.
