Веселые истории отца Саввы родились как шутки, написанные для друзей, но аудитория, истосковавшаяся по юмору, оказалась гораздо шире, ведь христианам, призванным к мудрости и радости, невозможно обойтись без смеха, прежде всего над собой.«Сахарные старушки» – это продолжение книги «О пользе вреда»: доброе, смешное и – нежное.
Иллюстрации
Когда вышла моя книга «О пользе вреда», я испытал странные чувства. Мне было совершенно ясно, что это лучшее из того, что я написал. Однако когда люди просили меня подписать им экземпляр, я осторожно спрашивал, хорошо ли они подумали, стоит ли им вообще брать в руки этот необычный текст, таким неожиданным и пугающе-прекрасным казалось мне мое собственное творение. И вместе с тем я удивлялся, что кто-то вообще хочет такое читать, – и все равно сочинял, потому что слышал ободряющие голоса моих друзей и получал множество писем с благодарностью. Так появилось продолжение, книга со странным названием «Сахарные старушки».
– Что это было? Что за «неприличный» для священника речевой жанр? Почему батюшка заговорил таким голосом?
Как бы я хотел, чтобы мне кто-нибудь растолковал! Эти миниатюры и для меня самого стали неожиданностью. Мои предыдущие книги были написаны в жанре богословских эссе или церковной публицистики – жанр уважаемый и пристойный, и вдруг какие-то странные то ли рассказы, то ли юморески – поди разбери! Знаю одно: мне было хорошо и весело, когда я сочинял эти истории. Это была своего рода терапия, возможность высказать то, что никогда бы не проговорилось никаким другим образом.
Иногда мне говорят, что это сатира, но я не соглашусь. Сатира предполагает целесообразный художественный вымысел, сознательную работу по высмеиванию недостатков нашей жизни, а такой задачи я себе никогда не ставил. Я просто смотрю вокруг и честно рассказываю, что вижу; порой это очень грустные картины, на которых и изъяны церковной жизни, и пороки общества, и просто человеческие слабости и падения. Только это не всё. На самом деле мои рассказы – о нежности, и я думаю, именно это почувствовали мои читатели, мои друзья, потому что о нежности можно говорить только с друзьями. Это та самая нежность, которой создан мир, стоит и держится. А если вы позволите себе немножко тишины и присмотритесь к тому, что вас окружает, вы совершите удивительное открытие:
У Рильке есть стихи, которые всегда приходят мне на память, когда я думаю о последней нежности, в которой купается наш мир, падший, дряхлый и прекрасный:
Если вы хотите понять, о чем эта книга, еще раз перечитайте гениальные строки поэта, а лучше всего устройтесь поудобнее, переверните страницу и разрешите мне рассказать, сколько подлинной нежности я увидел вокруг.
Доподлинно известно, что если долго не пользоваться сахарницей, в ней могут завестись сахарные старушки. Старинные книги не случайно описывают сахар как самое обидчивое существо, требующее особой заботы и внимания. Если сахар не получает должного участия и здорового бескорыстного интереса, то первое время он дуется, черствеет, а уж только потом ему на помощь приходят сахарные старушки.
До сих пор неизвестно их происхождение, и многие исследователи склоняются к тому, что старушки самозарождаются в сахаре, но эта гипотеза не получила опытного подтверждения.
Поскольку старушки невероятно пугливы от излишней деликатности, обнаружить их тоже непросто. Главный признак их присутствия – тихое умильное пение, которое доносится из сахарницы в ночное время. Дело в том, что сахарные старушки большие любительницы вязать зимние носки. Особое удовольствие им приносит это занятие в ночное время. А какое вязание без судьбинных песен, большинство из которых может растянуться на недели!
