Это был голос молодого ремесленника, точившего ножницы после нее. Мужчина открыл книжный шкаф, сделал Арише знак следовать за ним. Через шкаф они вошли в соседнюю комнату, ведущую в коридор. В коридоре уже никого не было – женщина сразу провела парня в комнату-библиотеку. Мужчина открыл входную дверь:
– Поднимайся на чердак, тихо стукни в дверь два раза. Когда откроют, скажи: «белок». Ясно?
Ариша кивнула, вышла, поднялась на старом грязном лифте на седьмой этаж, вышла, огляделась, прошла к чердачной вонючей, усыпанной слоями окурков лестнице, осторожно поднялась по ней до чердачной двери, обитой жестью. Согнула палец колечком, осторожно стукнула в дверь: раз, два. Дверь тут же бесшумно открылась.
– Белок, – произнесла Ариша.
Густобородый, широкоплечий человек молча кивнул ей головой, посторонился, приглашая войти. Она вошла в большое, плохо освещенное чердачное помещение.
– Ступайте прямо, – сказал ей бородач. Ариша пошла по бетонному полу, залитому гудроном, и увидела группу людей, сидящих прямо на полу. Она подошла к ним. Сидящие посмотрели на нее.
– Двадцать пятая, – произнесла полная женщина со шрамом на лице. – Садись, дочка, с нами.
Ариша быстро огляделась и молча села рядом с бритоголовым мужчиной.
– Чего опаздываешь? – мрачно спросил мужчина.
– Я… не знаю, – Ариша пожала плечом.
– Первый раз? – спросила ее сидящая сзади девушка.
– Да, – обернулась Ариша.
– Она новенькая, – пояснила девушка мужчине.
– Новенькая, старенькая… какая разница… – пробурчал тот и замолчал.
Все сидели молча. Ариша разглядела сидящих. В основном это были люди плохо или скромно одетые, но не из низших сословий.
«Погорельцы», – догадалась она.
Вскоре вошел тот самый парень-ремесленник.
– Двадцать шестой, – кивнула головой полная женщина. – Садись, соколик.
Парень сел неподалеку от Ариши. Ариша глянула на него. Он подмигнул ей без улыбки.
Прошло еще несколько минут и сразу вошли двое – девушка вела под руку хромого старика, опирающегося на костыль.
– Кворум! – громко произнес идущий за ними бородач, и сидящие возбужденно зашевелились.
Бородач и девушка помогли старику усесться на пол. Тяжело дыша, он вытянул ноги и положил на них свой костыль.
– Надежда, приступай, – произнес бородач, садясь рядом со стариком.
Полная женщина со шрамом вытянула из-под себя небольшой плоский металлический кофр, открыла его, встала. Ариша заметила надпись по-английски на кофре:
VENGEANS – 28
Женщина достала из кофра таблетку и протянула сидящему рядом мужчине:
– Скушай, соколик.
Тот с готовностью открыл рот, женщина положила таблетку ему на язык. Сидящая рядом с мужчиной старуха с трясущейся головой тоже открыла рот, вытянула язык.
– Кушай на здоровьице, бабушка, – Надежда положила ей на язык таблетку.
Все сидящие стали по очереди открывать рты и высовывать языки. Надежда двигалась между ними, держа на весу раскрытый кофр, доставая из него таблетки и кладя на языки:
– Кушайте, милые, кушайте, родимые… Наконец дошла очередь и до Ариши. Она открыла рот, вытянула язык и увидела, как женщина вынимает таблетку из кофра. Внутри кофра было что-то вроде сот: женщина прорывала очередную ячейку, доставала таблетку. Ариша догадалась, что всего в кофре 28 ячеек.
– Кушай, дочка, – Надежда положила таблетку на вытянутый язык Ариши и двинулась к старику.
Ариша втянула язык с таблеткой в рот. Таблетка сразу стала приятно таять. Во рту посвежело и попрохладнело. Таблетка таяла, холодя язык и щекоча нёбо. Посасывая таблетку, Ариша осторожно вдохнула, оглядываясь на принявших таблетки. Все они расслабились и сидели уже не так напряженно, как вначале. Некоторые с удовольствием причмокивали, посасывая таблетки. Женщина со шрамом вложила предпоследнюю таблетку в рот бородача, последнюю – себе, и с неожиданной яростью швырнула пустой кофр в угол. Бородач поднял руки и показал два больших пальца. Надежда неуклюже плюхнулась на пол рядом с бородачом, обняла его и радостно шлепнула по плечу.
Сидящий неподалеку старик с костылем застонал, покачивая белой головою. Лицо его выражало блаженство и словно помолодело: брови поднялись, глаза полуприкрылись, сосущие губы растянулись в улыбке. Ариша вдруг почувствовала во всем теле приятное оцепенение и поняла, что не может оторвать глаз от этого улыбающегося старческого лица. Лицо старика молодело, морщины разглаживались, кожа подтягивалась, розовела.
«Какое красивое лицо! – восторженно подумала Ариша. – Какие красивые глаза!»
Глаза старика потемнели. Лицо его стало обрастать бурой шерстью. Это было божественно. Ариша перестала дышать от восторга. Старик открыл пасть и глухо зарычал, обнажая желтые, старые клыки.