— А действительно, сидела бы в своем закутке в паршивом клубе, и не путалась бы здесь под ногами.
— Дорога и правда была длинной, — Рики похлопал друга по плечу, переводя его взгляд на себя.
— Не лезь не в свое дело, — прорычал Алекс. Он не был зол на Катю, или на кого-то другого. Он злился на себя, за то, что он опять все испортил.
— Думаю, всем надо вздремнуть, — Майкл поднял руки, вставая между Катей и Алексом.
Они взяли ключи у недоумевающей Алисии от своих комнат, и разошлись по этажам. Катя постаралась взять комнату как можно дальше от Алекса, ей причиняли боль его замечания по поводу подруг, но девушка решила, что он имеет право злиться. Ведь она разбила ему сердце, если его любовь вообще хоть когда-то была.
Алекс впервые за все время обнял Валери и, не оборачиваясь, пошел в свою комнату. Он знал, что Катя будет смотреть в его сторону, он чувствовал ее тупую боль, и от этого еще сильнее начинал злиться. Но сейчас таркит не мог мыслить рационально, не мог понять, что ему делать дальше. А значит, ему нужно отдохнуть. Проводив филаксиду до ее комнаты, он, опустив голову, пошел к себе. Валери следила за ним со смешанным чувством. Ей хотелось догнать его и крепче обнять, и в то же время развернуться и больше никогда не видеть его.
Валтер подошел к ней практически сразу как ушел Алекс.
— Если ты пришел читать мне морали, то сейчас не подходящее время, — мрачно заметила девушка.
— Что бы я читал мораль, — прыснул Валтер. — Сестренка, я далек от совершенства, чтобы указывать другим, как жить.
— Вот и замечательно, — Валери зашла в свою комнату, не закрыв дверь, позволяя брату проследовать за ней.
— Но все же, — продолжил Валтер, заходя в комнату сестры. — Я пришел поговорить о твоем состоянии. Мне больно смотреть, как ты мучаешься.
— Не смотри, — равнодушно ответила Валери.
— Ты готова отправить меня подальше от себя, только чтоб быть рядом с этим воином? — возмущенно спросил филаксид, постепенно воспаляясь.
— Нет, брат, — поспешила его успокоить Валери, они оба знали, что не смогут быть друг от друга на большом расстоянии. Пожизненное партнерство было уготовано им судьбой с самого рождения. Филаксиды всегда рождались по двое, и отсутствие одного плачевно сказывалось на втором тарките. Но какой бы дискомфорт это не приносило, у них был лучший друг, который всегда находился на их стороне. Так как они чувствовали своего близнеца как самого себя, им не нужны были слова, чтобы поведать о своих проблемах, они просто были рядом и все невзгоды уходили, словно тень рассеивалась от солнечного лучика, пробившегося сквозь грозовые тучи.
— Но ты все еще хочешь быть с Алексом? — Валтер тяжело вздохнул.
— Да, — улыбнулась Валери. — И если ты получше займешь Катю, то мне удастся отвлечь Алекса.
— Не смеши меня, — фыркнул филаксид.
— Почему? — девушка чувствовала скептичный настрой брата.
— Разве ты не видела, как он пожертвовал собой, как только увидел, что ее вот-вот разорвут на части?
— Это было во имя всех нас, — попыталась возразить Валери, хотя сама уже в это не верила.
— Ты сама знаешь, что это не так, — продолжал парень. — А как они смотрят друг на друга? Даже слепой увидел бы.
— Это ни о чем не говорит. Они и полчаса не могут пробыть в одной комнате.
— Это потому, что они любят. Они связаны энергией, и ты сама знаешь, что против этого ничего сделать нельзя.
— Да, но они могут сами разорвать связь, — возразила девушка.
— Ага, — усмехнулся Валтер — и за три года этого не сделали. Я могу еще понять, что Катя не сделала этого потому, что не знает, как разрывается связь. Но Алекс древний, он-то знает. Но так этого и не сделал. А все потому, что все еще хочет быть с ней.
— Но он не бросает меня, — попыталась возразить Валери, однако потом и сама поняла, что это не аргумент.
— Воины полны чести, — произнес парень. — Именно поэтому он не бросает тебя. Будь он филаксидом, давно бы это сделал.
— И что мне теперь делать? — сдалась девушка.
— Брось его, — выронил Валтер и тут же осекся. Его сестра не из тех, кто может так легко сдаться. — Дай ему свободу выбора. И может тогда он сделает правильный выбор.
— Ты вообще на чей стороне? — запротестовала Валери.
— Конечно на твоей, — филаксид обнял сестру. — Но сейчас для него Катя как запретный плод, и он будет хотеть ее еще сильнее с каждым днем. Разреши им быть вместе, и тогда вы будете в равных условиях.
— Ты в этом уверен? — тихо спросила филаксида.
— Практически на сто процентов.
— А если он все-таки выберет ее? — в ее тоне прозвучали знакомые капризные нотки.
— Тогда, мы найдем другую компанию, и ты снова влюбишься в какого-нибудь заносчивого таркита, — Валтер погладил короткие рыжие волосы сестры, которые торчали словно иглы у ежа.
— Я соглашусь, только если ты пообещаешь, как и раньше уводить Катю на пробежки. Чтобы у нас было время на дружескую беседу. Только не вздумай влюбиться в нее.
— Да что бы я влюбился в оборотня, — усмехнулся Валтер. — Я же в здравом уме.
— Вот и славненько.
