Это относится к вере, за которую люди готовы умереть. Это касается отъезда отца на фронт — отъезда по особому трагичного, ввиду странных (объяснить) обстоятельств, который вверг меня в состояние полной экзальтации, вызванного определенным предчувствием, добровольным закланием, да еще перед лицом того, кого приносят в жертву. И все это, в одиннадцать лет, соединяясь с песнями беснующейся толпы — песнями, в которые вливается мой голос, в какой‑то миг вдруг замирающий, всецелое физическое потрясение.
Невозможность вновь вернуться к физической жизни в течение многих дней.
Целыми днями я ору во все горло «Марсельезу» и «Прощальную песнь».
Мне стыдно, когда я встречаю в метро одетую во все черное одноклассницу, которая потеряла отца.
Я разделяю понятие социологов: дабы Сакральное стало
По моему мнению, дабы это
Вообразите корриду для вас одного.
Мне нужна публика.
Поэтическое произведение сакрально в том, что оно является созиданием некоего топического события, «сообщением», ощущаемым как
Что довольно прочно утверждает меня в отрицании других.
стихи,
п
Из настоящего и незримого окна
я видела как все мои друзья
делили жизнь мою и рвали ее
в клочья
обгрызали до самых костей
и не желая упустить столь лакомый кусок
оспаривали друг у друга остов
СВЯЩЕННИКИ
Священники, всех мастей священники, а также
лже–священники
Послушайте меня:
Я «нет» сказала благочестью
и благочестье (с Ангелоподобными чертами)
благочестье мое, ваш начисто зубов лишенный ореол
лишь глупо ухмыльнулся
Оно разбилось в тысячу осколков
Теперь лишь наступает время прямоты
Той прямоты, где братьями мы смотрим друг на друга.
«Сядь на последний пароход
тот, что нигде на свете не пристанет»
Тогда я жизнь взвалила на плечи
и пошла, на сей раз
держа прямее спину
Уж сколько раз
вы видели как я пускаюсь в путь за смертью?
За преступленным порогом
луна
верхом
на барашках–облаках
глядела на меня
будто крылатая победа.
8
Очутилась
взаперти
в кругу
откуда бегу
в другой
что меня в первый круг
возвращает
Священнодействия и мерзкие гримасы сливались, путались, друг друга вытесняли, удваивали силу… друг друга уничтожая. «Игра» такая длилась долго–долго.
Мне вздумалось, что я взмываю в небо (кроме шуток), хотя жизнь снова обрушилась на меня своей свинцовой крышкой.
Я играла на всех свойственных моей натуре противоречиях, проживая «до самого конца» все, что несешь в себе — «ради того, чтобы быть подлинной».
Я распыляла себя, бросалась на все четыре стороны с гордой уверенностью, что все время нахожусь в зените, а потом низвергалась, опустошенная, потерянная, без рук, без ног.
Я пускалась в путь по крутым дорогам, по обрывистым склонам, по скалам, над которыми кружат орлы…
Инфернальная 8 все равно ловит меня своим лассо.
Ползу по ее изгибам
блуждаю по ее извивам
выпрыгиваю из круга
падая в другой
в петле задыхаясь
неподвижным лицом
извиваясь
угрем, дельфином, червем дождевым
И кто же, видя знак роковой,
мог подумать что я в его власти
пожелал бы снять эти путы с меня?
«Заключенный убегает на свободу, перепрыгнув через стену, причем в том самом месте, где его должны были казнить».
8 МАЯ
Архангел иль блудница
Как вам будет угодно
Все роли
мне подходят
Жизни не дают
Простой жизни
которой я еще ищу
Она покоится
на самом дне меня самой
вся непорочность
их грехом умерщвлена
Жизнь отвечает — не
можно действовать
против — за
Жизнь требует
движенья
Жизнь — течение крови
Кровь, не останавливаясь, бежит в венах
я не могу остановиться жить
любить людей
как я люблю растенья
и в каждом взгляде различать ответ или призыв
их мерить глубину,
как водолаз
Но остановиться здесь
Меж жизнью и смертью
чтоб разбирать по косточкам идеи
трактовать об отчаянье
Ну нет
уж лучше сразу — револьвер
бывают взгляды, словно дно морское
я замираю
порой шагаю в перекрестье взглядов
в скрещении водорослей и обломков кораблей
иной же раз каждый человек — ответ или призыв.
ВОРОН[19]
В лесу то было
тишина царила и тайная
звезда со множеством лучей.
В глуби, в лесном просвете
на опушке
где низкие деревья
аркою сплелись
ребенок промелькнул
заблудший
в страхе, в изумленье меня увидев
когда сама его я разглядела
в клубке густом из хлопьев снежных.
Нас вихрем, словно он игрался со мной иль с ним
навстречу понесло.
Фиалковое, невиданное солнце
да блики грозовые кровь леденили.
По воле фей и людоедов,
что состязались,
пугая нас обоих
неподалеку
молнией сразило
древо вековое
которое разверзлось словно вспоротый живот.
Я вскрикнула оленьим криком.
Ребенок,
чьи ноги были голы и от холода черны
чью голову скрывал
насквозь промокший капюшон
глаза открыл.
Меня увидев, прочь понесся.
За ним вослед не побежав
и на проторенной дороге подобрав
сей странный жребий
в общем‑то логичный
я повернулась и назад пошла
«как будто ничего и не случилось»
