Когда этому эмиру стало известно о недовольстве султана, он направил гонца к ал-Малику ал-'Адилю, умоляя его заступиться за него и попросить, чтобы ему дали либо города Харран, Эдессу и Сумейсат, либо, если это не получится, города Хаму, Мамбиж, Саламийу[347] и Ма'арру, а также чтобы его назначили опекуном его младших братьев. Ал-'Адил несколько раз обращался к султану (в поддержку этих просьб), но не получил его согласия. В конце концов султан поддался на уговоры всех своих эмиров, которые постоянно заступались за этого эмира, так что он устыдился своего упрямства; поддавшись своей врожденной щедрости, он поклялся составить документ, по которому города Харран, Эдесса и Сумейсат переходили к ал-Мансуру. В этом документе говорилось, что молодой эмир станет владеть городами, о которых просил, с того момента, как пересечет Евфрат (и покинет Сирию); ему надлежало осуществлять опекунство над братьями и отдать (султану) все, что ему тогда принадлежало (в Сирии). Ал-Малик ал-'Адил вызвался отвечать за должное исполнение указанных условий и попросил султана поставить (на документе) свою подпись. Султан отказался, а он настаивал. Тогда султан разорвал документ на мелкие клочки. Это произошло в 29-й день месяца раби' II и положило конец переговорам. Я принимал участие в этом деле. Султан был возмущен мыслью о том, чтобы один из детей его детей (т. е. его внучатый племянник) посмел выступить с подобными притязаниями. [339]
В 1-й день месяца жумада I из Константинополя прибыл посол, принятый с королевскими почестями и щедростью. В 3-й день месяца он предстал перед султаном и передал ему свое сообщение. Среди прочего он просил о том, чтобы, во-первых, крест распятия был передан ему; во-вторых, чтобы храм Воскресения и все другие церкви в Святом Городе были переданы его священникам; в-третьих, чтобы два народа заключили наступательный и оборонительный союз. Он также просил содействия султана в военном походе против острова Кипр. Он пробыл у нас два дня, а затем уехал, сопровождаемый Ибн ал-Баззазом-египтянином, назначенным нашим послом. На каждое из предъявленных им требований был дан отрицательный ответ. Говорят, что грузинский царь предлагал двести тысяч золотых монет [динаров] за этот крест и что его предложение было отвергнуто. [340]
После того как ал-Малик ал-Афдал направился в эту страну, ал-Малику ал-'Адилю удалось смягчить сердце султана и выпросить прощение сыну Таки ад-Дина. Этого он достиг после многочисленных бесед на эту тему. Затем султан велел мне отправиться в путь и узнать, какого мнения придерживаются по этому поводу эмиры, служащие ал-Афдалю. Эмир созвал их к себе, и я сообщил собравшимся, для чего был прислан султаном. Тогда слово взял эмир Хусам ад-Дин Абу-л-Хейжа', и сказал следующее: «Мы — слуги и рабы султана. Может случиться так, что этот молодой человек из страха заключит союз с кем-то другим. Мы не сможем одновременно вести две войны, одну с мусульманами, а другую с неверными; если султан желает, чтобы мы сражались с мусульманами, он должен позволить нам заключить мир с неверными; тогда мы переправимся через Евфрат и будем сражаться, но только в том случае, если он согласится возглавить нас. С другой стороны, если он желает, чтобы мы продолжали священную войну с захватчиками, то пусть он простит мусульман и дарует им мир». Все присутствующие поддержали его ответ. Тогда султан смягчился и приказал составить новый документ, скрепил его клятвой и отправил его сьщу Таки ад-Дина, поставив на документе собственноручную подпись. Затем ал-'Адил попросил султана отдать ему те области (Сирии), которые все еще оставались владениями сына Таки ад-Дина после того, когда он заявил о своей независимости. Начались переговоры между двумя сторонами о том, что должно было достаться султану вместо тех областей, которые ему следовало отдать, и я выступал на них в качестве посредника. В конце концов было решено, что он (ал-Малик ал-'Адил) получит те области, о которых просил, но передаст (султану) свои [341] владения в Сирии близ Евфрата. Замки ал-Керак, аш-Шубак и ас-Салт, регион ал-Балка'[348], а также уделы, которыми этот эмир владел в Египте, оставались за ним, но он должен был передать султану ал-Жйзу[349].
Кроме того, ему надлежало ежегодно поставлять султану шестнадцать тысяч мешков зерна, которое следовало доставлять в Иерусалим из ас-Салта и ал-Балка'; урожай текущего года он мог оставить себе, за исключением урожая с земель, расположенных за Евфратом, которые должны были отойти султану. Салах ад-Дин подписал этот документ, и в 8-й день месяца жумада I (ал-'Адил) выехал довершить это дело с сыном Таки ад-Дина и успокоить этого эмира. [342]
