Покинув Лаодикию, султан направился на Сахиун в 29-й день месяца жумада I, окружил его своим войском, установив шесть баллист, чтобы пробить бреши в его стенах. Сахйун — весьма неприступная крепость, расположенная на крутом склоне горы. Ее защищают широкие ущелья устрашающей глубины; однако с одной из сторон ее единственной защитой является искусственный ров глубиной примерно в шестьдесят локтей, выдолбленный в скале. В этой крепости было три линии укреплений, один вал защищал примыкающую к ней территорию, второй — защищал замок, а третий — цитадель. На вершине цитадели находилась высокая башня, которая, как я видел, упала на землю при приближении мусульман. Наши воины восприняли это как доброе предзнаменование и были уверены в победе. Штурм крепости велся яростно и со всех сторон одновременно, и ал-Малик аз-Захир, повелитель Алеппо, привел в действие свою баллисту. Он установил ее напротив укрепления, почти рядом со стеной, но на другой стороне ущелья (вади). Камни, посылаемые этой машиной, всегда попадали в цель. Эмир продолжал обстреливать крепость до тех пор, пока не проделал в стене отверстие, достаточно широкое для того, чтобы солдаты могли вскарабкаться на вал. В пятницу утром, во 2-й день месяца жумада II, султан приказал идти на приступ, веля воинам, командовавшим баллистами, вести обстрел без передышки. Затем поднялись громкие крики и устрашающий шум — это наши люди возглашали тахлил и такбир. Час спустя мусульмане поднялись на вал по приставным лестницам и хлынули во внутренний двор. Я видел, как наши воины хватали горшки и ели только что приготовленную пищу, не прекращая сражаться. Люди во внутреннем дворе отступили в цитадель, побросав все, и все, что было ими оставлено, тут же было взято в трофеи. Осаждающие окружили стены цитадели, и гарнизон, полагая, что им уготована смерть, запросил пощады. Как только об этом доложили султану, он исполнил их мольбу и позволил им уйти со своими пожитками, но потребовал, чтобы за каждого мужчину был заплачен выкуп в размере десяти золотых монет, пяти золотых монет за каждую женщину и по две золотые монеты за каждого ребенка (точно такой же, как и в Иерусалиме. —
Потом султан отправился в поход, и в 6-й день месяца жумада II мы прибыли к Бикасу, могучей крепости, построенной на одном из берегов Оронта, от подножия которой начинается маленький ручей. Армия разбила лагерь неподалеку от реки, а султан с небольшим отрядом воинов подъехал поближе к крепости. Она стоит на высокой горе, господствующей над Оронтом. Армия султана окружила ее со всех сторон, и осада была такой упорной, что в 9-й день того же месяца по милости Аллаха крепость была взята штурмом. Весь гарнизон, кроме тех, кто умер во время штурма, оказался в плену, и в городе было собрано много трофеев. Неподалеку от Бикаса находилось другое, более скромное, подчиненное этой крепости укрепление, куда можно было попасть по мосту. Называется оно аш-Шуфр. Добраться до этого укрепления было чрезвычайно трудно, потому что к нему не поднималось ни одной дороги. Султан приказал со всех сторон обстрелять его из баллист, а поскольку гарнизон не мог рассчитывать на помощь, они предложили сдаться на определенных условиях. Это случилось в 13-й день того же месяца. Получив трехдневную передышку, чтобы за это время пришло разрешение на сдачу от правительства Антиохии, они затем передали замок султану. Его знамя было водружено на цитадели в пятницу, в 16-й день того же месяца. Затем Салах ад-Дин присоединился к обозу и направил своего сына ал-Малика аз-Захира брать крепость Сарманию. Аз-Захир начал столь мощный приступ, что защитники дрогнули, и ему удалось взять крепость в пятницу, 23-й день того же месяца. Поскольку взятие Диблы, Сарманийи и других крепостей каждый раз происходило в пятницу, было ясно, что Аллах услышал молитвы совершающих пятничный намаз мусульман и благосклонно взирал на действия султана, поскольку доброе дело, совершенное в этот день, отмечается двойной наградой. Эта череда побед, одержанных по пятницам в течение нескольких недель, вещь столь необычная, что является беспримерной в истории.
Сопровождаемый эскортом легкой конницы, султан затем двинулся на Бурзи, очень мощную и практически неприступную крепость. Она была построена на утесах высокой горы, а ее неприступность вошла в поговорку и у франков, и в мусульманских странах. Со всех сторон ее окружали лощины, а их глубина доходила до пятисот семидесяти локтей. Намерение султана взять эту крепость в осаду окрепло после того, как он увидел ее; он приказал обозу выдвинуться вперед и остановил его и войско у подножия горы, на которой было построено это укрепление. Случилось это в 24-й день сего месяца.
