Олива выскочила, горя негодованием, что устроили такую вонищу возле дома, но была отправлена обратно суровым взглядом Лекса, и без возражений скрылась, недовольно хлопнув дверью где-то в глубине жилища. Аши тоже недовольно посопел рядом, потом чихнул и отправился в глубину сада. Тиро хотел узнать, чем может помочь, но Лекс только пожал плечами и отправил его в муниципалитет оформить вольные сбежавшим нубийкам. Неизвестно, вернутся они или нет, но не следовало давать возможности ликторам объявить их сбежавшими рабынями. Тиро так и поступил. Накинул на плечо палантин, как вольный человек, и, подвесив к поясу кошелек, крикнул мальчишек с корзинами, чтобы на обратном пути пройти через рынок и поискать чего-нибудь вкусного на ужин.
В ворота постучали. Это приехал Тургул с каменоломни. Отважный центурион, разобравшись с отправкой мяса, сразу был втянут в следующую эпопею по поставке камня в столицу. И вот теперь пыльный, похудевший и очень уставший Тургул сползал со своего ящера. Лекс отправил Бэла к мужу, а сам доварил небольшую порцию селитры для своих экспериментов. Для начала Лекс собирался попробовать сделать несколько вариантов римских свечей. Благо, что остатки бикфордова шнура так и лежали в деревянном футляре где-то в глубине бездонной кладовой Тиро.
Пока мальчики перетирали уголь, а потом под присмотром Лекса просеивали его через сито, оставшееся после прошлого раза, Бэл помог уставшему мужу выкупаться и теперь кормил на кухне, заодно рассказывая последние события в доме. Лекс посмотрел на солнце, время перевалило за полдень, и он отправил девок разбудить новеньких, которых после того, как их помыли и переодели, накормили немного и оставили отдыхать. После затяжной голодовки кормить их следовало по чуть-чуть, но часто. Заодно напомнил и своим ученикам, что детям не следует работать на измор, и следует отправить всех пообедать и отдохнуть хоть на часок, тогда сил прибавится и работа пойдет веселее.
Крин легко отпустил своих мальчишек, благо, что заниматься обжигом он собирался после обеда, так, чтобы печь спокойно остывала всю ночь. Пин продемонстрировал свою работу Лексу. Отпустил отдыхать мальчишек, а сам сложил в коробку первые десять стекол, и, как было договорено, понес их оружейникам. Остальные стеклышки остались дожидаться своего часа в большой корзине. Бэл решил отправить оставшиеся девяносто стекол одним махом, когда все будет готово, а это значит, не позднее, чем завтра. Мэл оставил несколько старших мальчиков, которые качали меха, не позволяя горну опустить температуру, а остальных отправил есть и спать, чтобы они потом со свежими силами сменили приятелей. А сам остался у горна, осторожно размешивая в нескольких тиглях стеклянную массу, которая только-только начинала «таять».
Лекс только решил, что ему тоже следует пойти прилечь в тенечке и насладиться сиестой, как в приоткрытую щель ворот просочился Сканд. Отважный генерал был бледен и, похоже, хотел остаться незамеченным. Лекс решил перехватить его во дворе и поэтому пошел навстречу.
— Сканд, милый, а где Ламиль?
— Ламиль? — перепугано обернулся муж, и только через пару минут сообразил, что он дома и без ребенка.
— Ты что, его потерял? — Лекс понял, что внутри все сжалось от ужаса, но потом подумал рационально, — и паланкин с охраной тоже потерял? Где Звезда, я тебя спрашиваю?
— Он у Киреля, — сглотнул Сканд и постарался стать незаметным, — он его забрал…
— Как забрал? — возмутился рыжик, — а ты вот так, взял и отдал?
— Так Кирель родитель… — Сканд шаркнул ножкой и потупился, как первоклашка, которого поймали с сигаретой за школой, — он сказал, что вернет тебе Звезду на вечернем пиру, так что, если хочешь забрать ребенка, придется туда идти.
— Что значит: если захочешь? А ты, в смысле, не хочешь?
Сканд честно моргнул пару раз стеклянными от ужаса глазами, как Аши, застуканный с очередной шлепкой в зубах, а потом тяжко вздохнул и задумался.
— Сканд, что произошло? — Лекс подошел к мужу и взял его за грудки, — а ну, быстро все рассказал!
— Мне надо выпить! — честно сознался неустрашимый генерал и поплелся на кухню, — меня ноги не держат!
Сканд уселся на скамью в кухне, и Тургул, видя, как у военачальника, который с улыбкой встречал трудности и смеялся превосходящему силой противнику в лицо, сейчас подрагивают руки, щедро и без колебаний плеснул ему в большой бокал вина и, прихватив с собой всю амфору, уселся напротив.
— Рассказывай, Бэл говорил, что ты с Лейшаном отправился сопровождать Ламиля на праздник, — напрягся друг, — не может быть все так плохо, как ты себе напридумывал. Ламиль жив? — Тургул, увидев кивок, осторожно выдохнул, — ну, вот видишь, не так уж и страшно! А теперь спокойно расскажи, что произошло.
— Тургул, я проиграл этот бой! Впервые я оказался побежден… — Сканд судорожно допил вино и подставил бокал другу, чтобы тот наполнил его еще раз, — …это просто катастрофа. Мне теперь кошмары по ночам будут сниться!
— А где Лейшан? — прищурился рыжик.
— Он боится появляться перед тобой, ты обещал оторвать ему голову… — Сканд в два глотка допил вино.
