Жану Бычье Сердце стук был знаком; он отпер дверь, и в комнату вошел Туссен Бунтовщик; у него было черное лицо с белыми разводами от пота, и г-ну де Вальженезу почудилось, что перед ним индеец с татуированной физиономией.
- Готово? - спросил Жан у друга.
- Да, - отвечал Туссен.
Обернувшись к г-ну де Вальженезу, он проговорил:
- Привет честной компании!
Потом он снова обратился к Жану:
- Почему он такой мокрый?
- Ох, лучше не спрашивай! - отозвался Жан Бычье Сердце и пожал плечами. - С тех пор как ты ушел, у меня только и было забот, что кропить этого господина.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Туссен, не отличавшийся сообразительностью.
- Я хочу сказать, что господину было плохо, - с презрением вымолвил Жан.
- Плохо? - переспросил Туссен, силясь понять, что произошло.
- Ну да, Бог ты мой!
- С какой это стати?
- Да под тем предлогом, что мы ему забили в рот слишком большой кляп.
- Невероятно! - изумился угольщик.
Тем временем г-н де Вальженез разглядывал двух приятелей и, вероятно, остался осмотром недоволен: едва открыв рот, он сейчас же снова его закрыл, так и не вымолвив ни слова.
Жан и Туссен произвели на графа отталкивающее впечатление. Если бы у г-на де Вальженеза было хоть малейшее желание бежать, один вид стоявшего перед ним великана сейчас же отбил бы ему всякую охоту.
Граф опустил голову и задумался.
III
Местное вино
Пока граф размышлял, Жан Бычье Сердце подошел к шкафу, открыл его, достал бутылку, два стакана и поставил их на стол, но, спохватившись, что их трое, снова подошел к шкафу и взял третий стакан. Он его вымыл, вытер, еще раз ополоснул самым тщательным образом и только после этого поставил на стол перед г-ном де Вальженезом.
Потом указал Туссену на стул, сел сам и, поднеся бутылку к стакану пленника, произнес с галантностью, на какую только был способен:
- Что же, сударь, мы тюремщики, но не палачи. Должно быть, вы хотите пить не меньше нашего. Не угодно ли выпить стакан вина?
- Благодарю! - коротко ответил г-н де Вальженез.
- Не стесняйтесь, милейший! - сказал Жан Бычье Сердце, продолжая держать бутылку над стаканом графа.
- Благодарю! - еще суше проговорил г-н де Вальженез.
- Ну, как угодно, сударь! - произнес Жан Бычье Сердце таким тоном, словно ответ графа задел его за живое.
Он наполнил стакан Туссена.
- Твое здоровье, Туссен! - молвил он.
- Будь здоров, Жан! - ответил тот.
- Смерть всем злодеям!
- Да здравствуют хорошие люди!
Пленник вздрогнул, услышав столь выразительный тост из уст двух решительных парней.
Жан Бычье Сердце одним махом опрокинул стакан и стукнул
им об стол.
- Хорошо пошло, черт возьми... Я так хотел пить!
- Я тоже, - согласился Туссен, во всем подражая приятелю.
- Еще по одной, Туссен!
- Наливай!
И они опрокинули еще по стаканчику - на сей раз без тостов.
Стремительность, с какой приятели поглощали вино, навела г-на де Вальженеза на мысль.
Он стал ждать удобного случая, чтобы им воспользоваться, и такой случай скоро представился.
Жан Бычье Сердце обернулся к пленнику, и лицо графа показалось ему не таким уж насупленным; как все сильные люди, он не умел таить зло и потому произнес:
- Напрасно вы привередничаете! Ну, в последний раз, милейший, имею честь предложить вам стакан вина; угодно ли вам принять мое предложение?
- Вы очень любезны, сударь, - отозвался граф, - и я очень сожалею, что отказался в первый раз.
- Ничего, еще не поздно исправить эту промашку. Пока есть вино в бутылке, а бутылки не кончились в шкафу, вы можете изменить свое мнение.
- В таком случае я принимаю ваше предложение! - подхватил граф.
- В добрый час, ваше сиятельство! - искренне обрадовался Жан Бычье Сердце, наполняя стакан графа до краев.
Затем он обратился к своему товарищу:
- Подай еще бутылку, Туссен.
Теперь настала очередь угольщика пойти к шкафу и принести оттуда бутылку.
Жан Бычье Сердце принял ее у него из рук, словно не доверяя, и наполнил стаканы.
Потом взял свой стакан, приказал знаком Туссену следовать его примеру и молвил:
- Ваше здоровье, граф!
- Ваше здоровье, милейший! - подхватил Туссен.
- Ваше здоровье, господа! - отвечал Лоредан, решив про себя, что делает огромную уступку двум могиканам, называя их "господами".
Все трое опорожнили стаканы: Жан Бычье Сердце и Туссен Бунтовщик залпом, г-н де Вальженез - не спеша, в несколько приемов.
- Вот черт! - прищелкнул языком Жан Бычье Сердце. - Я, конечно, не стану утверждать, что угощаю вас настоящим бургундским красным или бордо-лаффитом... Вы же знаете поговорку: "Даже самая красивая женщина может дать только то, что у нее есть!"
- Прошу меня извинить, - проговорил Лоредан, силясь поддержать разговор и особенно опорожнить стакан. - Вино совсем не плохое. Это здешнее?
- Конечно, здешнее! - возмутился Туссен Бунтовщик. - Как будто существует другое вино.
- Дорогой друг! - заметил Жан Бычье Сердце. - Прежде всего, существует вино, которое производят в Париже. Но его сиятельство говорит не об этом. "Здешнее вино" - это то, которое давят из винограда, собранного в той местности, где находишься.
- Местное вино, если вам так больше нравится, друг мой, - любезно поправился граф.
