- Вы хотели со мной говорить, сударь? - сухо вымолвила она, напустив на себя высокомерный вид.
- Да, кузина, - отозвался Сальватор.
Мадемуазель де Вальженез презрительно поморщилась при слове "кузина", которое показалось ей оскорбительно фамильярным.
- А что вам может быть от меня нужно? - продолжала она в прежнем тоне.
- Я пришел обсудить с вами положение, в котором вы оказались после смерти брата, - не обращая внимания на презрительные гримасы мадемуазель де Вальженез, проговорил Сальватор.
- Так вам угодно побеседовать со мной о наследстве?
- Вы понимаете, насколько это серьезно, не так ли?
- Кажется, вы полагаете, что наследство принадлежит вам?
- Я не полагаю, а утверждаю это.
- Утверждение еще ничего не значит. Мы будем судиться.
- Утверждение действительно ничего не значит, - согласился Сальватор. Но судиться нынче дорого. Вы не станете судиться, кузина.
- А кто мне может помешать? Не вы ли?
- Боже сохрани!
- Кто же?
- Ваш здравый смысл, ваш разум, но в особенности ваш нотариус.
- Что вы хотите этим сказать?
- Я хочу сказать, что вы вызывали вчера своего, а также и моего нотариуса, славного господина Баратто. Вы попросили ввести вас в курс дел. Когда вы узнали, что у вас ничего больше нет, вы попросили у него совета. Он посоветовал вам не судиться, потому что завещание, которым я располагаю, абсолютно бесспорно.
- Я посоветуюсь со своим доверенным лицом.
- Скилла не даст вам лучшего совета, чем Харибда [Харибда в греческой мифологии - чудовище в виде страшного водоворота, трижды в день поглощающего и извергающего черные воды пролива, на другом берегу которого в пещере обитает шестиглавая Скилла Даже Посейдон не в силах спасти от гибели человека, попавшего между Харибдой и Скиллой, где, однако, все-таки проплыл Одиссей].
- Так что же вам угодно, сударь? Я не понимаю цели вашего визита, разве что вы вознамерились выместить на женщине злобу, которую питали к ее брату.
Сальватор покачал головой и грустно улыбнулся.
- Я ни к кому не питаю злобы, - возразил он. - Я даже не сердился на Лоредана, как же я могу быть недовольным вами?
Достаточно было бы одного слова, чтобы вы, ваш брат и я снова сблизились. Правда, слово это мало что значит - совесть, - и он не должен был никогда его произносить. Я пришел не для того, чтобы ругаться. И если вы соблаговолите выслушать меня, вы узнаете: сердце, которое, по вашему мнению, переполнено ненавистью, к вам питает почтительнейшее сострадание.
- Благодарю за любезность, сударь, но такие женщины, как я, не опускаются до милостыни, они, скорее, готовы принять смерть.
- Соблаговолите выслушать меня, мадемуазель, - вежливо проговорил Сальватор.
- Да, понимаю. Вы сейчас предложите мне пожизненный пенсион, чтобы в свете не говорили, что вы обрекли родственницу на нищенскую смерть в приюте.
- Ничего я вам не предлагаю, - возразил Сальватор, пропустив мимо ушей оскорбительные предположения девушки. - Я пришел к вам с намерением узнать о ваших нуждах, желая и надеясь их удовлетворить.
- В таком случае объясните свою мысль, - не скрывая удивления, продолжала Сюзанна, - я теперь уж вовсе не понимаю, куда вы клоните.
- А между тем все просто. Сколько тратите лично вы в год?
Иными словами, какая сумма вам нужна в год для содержания дома в том же виде, что и сегодня?
- Понятия не имею, - призналась мадемуазель де Вальженез. - Я никогда не вникала в подробности.
- Ну что ж, я сам вам скажу, - продолжал Сальватор. - При жизни брата вы вдвоем тратили сто тысяч франков в год.
- Сто тысяч франков! - изумилась девушка.
- Думаю, кузина, ваша доля составляла не меньше трети в этих расходах, то есть в год вы лично проживали от тридцати до тридцати пяти тысяч франков.
- Сударь! - вымолвила Сюзанна, еще более изумляясь; ей вдруг пришла в голову мысль, что кузен не оставит ее без средств и что она сможет отправиться с Камилл ом в путешествие. - Сударь, этой суммы мне более чем достаточно.
- Пусть так, - кивнул Сальватор. - Но бывают трудные годы. И я вам назначаю, в предвидении таких трудных лет, содержание в пятьдесят тысяч франков годовых. Капитал останется у мэтра Баратто, и вы будете получать либо каждый месяц, либо раз в три месяца проценты. Мое предложение представляется вам приемлемым?
- Сударь! - покраснев от радости, воскликнула Сюзанна. - Предположим, я согласна. Я должна знать, по какому праву я получаю подобный дар.
- Что касается ваших прав, мадемуазель, - улыбнулся Сальватор, - как я уже имел честь вам сказать, прав у вас нет никаких.
- Я хочу сказать, на каком основании, - поправилась девушка.
- На том основании, что вы племянница моего отца, мадемуазель, - строго произнес Сальватор. - Вы согласны?
Тысячи мыслей пронеслись в голове у Сюзанны де Вальженез, когда она услышала столь четко изложенное предложение.
