- Я там был, сир, - отвечал г-н де Пейроне.
- Верно! Я, кажется, видел вас среди штабных офицеров.
Господин Пейроне поклонился.
- Так это - продолжение Марсова поля, - заметил король.
- Надобно подавить эту наглую выходку, сир! - вскричал г-н де Виллель.
- Как вы сказали, сударь! - холодно переспросил король.
- Я сказал, сир, - продолжал настаивать министр финансов, подхлестнутый чувством долга, - что, по моему мнению, оскорбления, брошенные министру, падают на короля. И мы пришли узнать у его величества, как ему нравится происходящее?
- Господа! - проговорил в ответ король. - Не надо преувеличивать! Не думаю, что мне грозит какая-либо опасность со стороны моего народа. Я уверен, мне довольно будет показаться - и все эти разнообразные крики сольются в один: "Да здравствует король!"
- Ах, сир! - послышался позади Карла X женский голос. - Надеюсь, король не допустит неосторожности и не станет выходить!
- А-а, это вы, ваше высочество!
- Разве король сам не позволил мне прийти?
- Верно... Так что вы предлагаете мне предпринять, господа?
- Сир! Вы знаете, что громче всего кричат: "Долой священников"? вставила свое слово герцогиня Ангулемская.
- Да, действительно... Я хорошо слышал: "Долой иезуитов!"
- Ну и что, сир? - не поняла ее высочество.
- Это не совсем одно и то же, дочь моя... Спросите лучше у его высокопреосвященства архиепископа. Господин де Фрейсину, будьте с нами откровенны! Крики: "Долой иезуитов!" - адресованы духовенству? Как вы полагаете?
- Я бы сделал различие, сир, - отвечал архиепископ, человек тихий и прямой.
- А для меня, - поджав тонкие губы, возразила наследная принцесса, различия не существует!
- Ну, господа, занимайте свои места, и пусть каждый выскажет по данному поводу свои соображения, - предложил король.
Министры сели, и обсуждение продолжилось.
ХХ
Господин де Вальзиньи
Пока обсуждение, подробности и результаты которого мы узнаем позднее, разворачивалось вокруг стола, покрытого зеленым сукном, на котором столько раз были поставлены судьбы Европы; пока г-н де Маранд, рядовой вольтижер во 2-м легионе, возвращается к себе, за весь день не проронив ни слова одобрения или осуждения, по которому можно было бы судить о его политических пристрастиях, потом стягивает мундир с торопливостью, свидетельствующей о его неприязни ко всему военному и, как если бы его заботил лишь большой бал, который он собирается дать в этот вечер, он сам руководит всеми приготовлениями к вечеру, - наши молодые герои, не видавшие Сальватора с тех пор, как он дал им последние указания перед смотром, поспешили, как и г-н де Маранд, сбросить униформу и собрались у Жюстена как у общего источника, чтобы узнать, как им лучше себя держать в непредсказуемых грядущих обстоятельствах.
Жюстен и сам ждал Сальватора.
Молодой человек пришел к девяти часам; он тоже успел переодеться и снова превратился в комиссионера. Судя по испарине, выступившей у него на лбу, а также высоко вздымавшейся груди, после возвращения со смотра он не терял времени даром.
- Ну что? - хором спросили четверо молодых людей, едва завидев Сальватора.
- Министры заседают, - ответил тот.
- По какому поводу?
- Обсуждают, как наказать славную национальную гвардию, которая позволила себе неповиновение.
- А когда станут известны результаты заседания?
- Как только будет какой-нибудь результат.
- Так у вас есть пропуск в Тюильри?
- Я могу пройти повсюду.
- Дьявольщина! - вскричал Жан Робер. - Как жаль, что я не могу ждать: у меня приглашение на бал, которое я не могу манкировать.
- Я тоже, - сказал Петрус.
- У госпожи де Маранд? - спросил Сальватор.
- Да! - с удивлением отвечали оба приятеля. - Как вы узнали?
- Я знаю все.
- Однако завтра на рассвете вы сообщите нам новости, не правда ли?
- Зачем же? Вы все узнаете нынче вечером.
- Мы же с Петрусом уходим к госпоже де Маранд...
- Вот у нее вы обо всем и услышите.
- Кто же нам передаст?..
- Я.
- Как?! Вы будете у госпожи де Маранд?
Сальватор лукаво улыбнулся.
- Не у госпожи, а у господина де Маранда.
С той же особенной улыбкой на устах он продолжал:
- Это мой банкир!
- Ах, черт побери! - бросил Людовик. - Я в отчаянии:
и зачем только я отказался от твоего приглашения, Жан Робер!
- А теперь уже поздно! - воскликнул тот и вытащил часы. - Половина десятого! Невозможно...
- Вы хотите пойти на бал к госпоже де Маранд? - спросил Сальватор.
- Да, - кивнул Людовик. - Я бы хотел нынешней ночью не расставаться со своими друзьями... Разве не должно что-то произойти с минуты на минуту?
- По-видимому, ничего особенного не произойдет, - возразил Сальватор. Но это не причина, чтобы расставаться с вашими друзьями.
- Ничего не поделаешь, ведь у меня нет приглашения.
Лицо Сальватора осветила свойственная ему загадочная улыбка.
- Попросите нашего поэта представить вас, - предложил он.
- О, я не настолько вхож в дом... - запротестовал Жан Робер и едва заметно покраснел.
- В таком случае, - продолжал Сальватор, обратившись к Людовику, попросите господина Жана Робера вписать ваше имя вот на этой карточке.
И он вынул из кармана отпечатанное приглашение, гласившее:
