Пусть же не винят нас в том, что мы воздвигаем на пути люки и подземные ходы там, где нет ни ходов, ни люков. Все левобережье от Нельской башни с подземным ходом до самой Сены и вплоть до Томб-Иссуар, вход в которую рядом с Монружем, представляет собой сверху донизу один огромный люк; и если в результате современных разрушений открываются тайны верхней части Парижа, то придет, может быть, такой день, когда обитатели левого берега проснутся и ужаснутся, открыв тайны нижней его части.
Но вернемся к нашему ночному собранию.
Собрание это состояло, как мы уже упоминали, из двадцати карбонариев; хотя с 1824 года движение карбонариев потерпело одну за другой несколько неудач, было фактически распущено и по виду перестало существовать, его главные члены реорганизовали тайное общество если не под тем же названием, то на тех же основах.
В эту ночь цель собрания была такая: основать общество, которое спустя некоторое время должно было стать известным под именем: "Помоги себе сам, и Бог поможет тебе". Его основатели намеревались руководить выборами и направлять и просвещать общественное сознание.
Предлагались различные способы образования комитета, который должен был заведовать делами общества: пришли к соглашению учредить комитет на основании выборов раз в три месяца; выборы состоятся, как только число членов общества достигнет ста; договорились также, что общество не будет выходить из рамок законности и обеспечит себе таким образом безопасность.
Тем не менее было недостаточно собираться в Париже и образовать комитет по руководству выборами, необходимо было проводить просветительскую работу в департаментах, чтобы они не отставали от столицы. Стали обсуждать создание избирательных комитетов в каждом округе и, насколько возможно, в каждом кантоне, а также поддерживать с этими комитетами постоянную связь, чтобы наладить их функционирование.
В этом состояла цель ночного собрания, заложившего вехи восхитительного общества "Помоги себе сам, и Бог поможет тебе", которое должно было значительно повлиять на исход будущих выборов.
Обсуждение затянулось до часа ночи. Вдруг раздался хруст веток и на опушке леса показался человек.
В одно мгновение в руках у заговорщиков засверкали кинжалы, скрываемые до той поры на груди.
Человек все приближался, это был Туссен, сторож пустовавшего дома, карбонарий, которому поручили охранять не только дом, но и тех, кто в нем собирался.
- В чем дело? - спросил один из главарей общества.
- Пришел брат из дружественного общества, он просит его принять, доложил Туссен.
- Брат ли это?
- Он подал все положенные условные знаки.
- Откуда он?
- Из Триеста.
- Один?
- Да.
Карбонарии посовещались, сбившись в кружок; Туссен оставался в стороне. Наконец обсуждение закончилось, карбонарии разошлись по местам, и послышался голос одного из них:
- Пригласите брата, но со всеми положенными предосторожностями.
Туссен поклонился и исчез.
Скоро снова затрещали ветки, и между деревьями замелькали две тени.
Карбонарии ждали молча.
Туссен ввел в кружок карбонариев незнакомого брата из другого общества; у того были завязаны глаза. Туссен оставил его и удалился.
Карбонарии сомкнулись вокруг вновь прибывшего.
Потом тот же человек, что отдавал распоряжения Туссену, заговорил снова:
- Кто вы и откуда прибыли? Чего хотите?
- Я генерал, граф Лебастар де Премон, - представился вновь прибывший. Я только что из Триеста, откуда уехал после провала Венского дела, а в Париж прибыл, чтобы спасти господина Сарранти, моего друга и соучастника.
Среди карбонариев поднялся ропот.
Потом все тот же голос сказал просто:
- Снимайте повязку, генерал, вы среди братьев.
Его сиятельство генерал де Премон снял повязку, и его благородное лицо предстало взглядам собравшихся.
Все сейчас же протянули ему руки, каждый хотел приветствовать его, как бывает во время застолья, когда все хотят чокнуться с тем, кто произнес тост.
Наконец волнение утихло, все снова замолчали.
- Братья! - заговорил генерал. - Вы знаете, кто я. В тысяча восемьсот двенадцатом году Наполеон послал меня в Индию, я должен был там организовать армию в каком-нибудь из королевств так, чтобы она была в состоянии выйти навстречу французам и русским, когда через Каспийское море мы бы вторглись в Непал. Я организовал армию в Лагорском королевстве. Когда Наполеон пал, я подумал, что наш план провалился вместе с ним... Однажды прибыл господин Сарранти. Он приехал ко мне от имени императора, но теперь речь шла не о том, чтобы служить Наполеону Первому, - необходимо было посадить на трон Наполеона Второго. Я успел лишь завязать кое-какие связи в Европе и уехал в тот же день, как узнал, что все готово.
Добирался я через Джеддах, Суэц, Александрию. Я прибыл в Триест, где связался с итальянскими братьями, а потом отправился в Вену... Вы знаете, что наш план не удался... Вернувшись в Триест, я спрятался у одного из наших братьев и там узнал о том, что господин Сарранти приговорен к смертной казни. Я сейчас же отплыл во Францию, рискуя головой и поклявшись, что разделю судьбу друга, то есть умру в случае его казни:
