Несмотря на то, что объявление о ней Арчи повесил буквально за час, собралось достаточно народу. Все возбужденно постили в чат смайлики и сердечки, но как только мы появились на экране, сразу посыпались вопросы вперемешку с восторженными комментариями.
«У вас правда настоящие отношения?» — это был самый частый вопрос.
Арчи ткнул меня в бок, и мы пропели хором:
— Коне-е-е-е-е-ечно!
И он чмокнул меня в нос.
В чате тут же прокомментировали:
«Разве он стал бы встречаться с такой только ради рекламы? Выбрал бы стройняшку».
Моя улыбка подувяла.
«Арчи, а когда ты отведешь Дарину в спортзал?» — следующее, что интересовало народ.
— Когда она согласится, — сверкнул обаятельной улыбкой Арчи и, притянув меня поближе, поцеловал в висок.
Посыпались комментарии:
«Ой, Дарина, давай же!»
«Давно пора!»
«Он такой красавчик!»
«Я о таком тренере только и мечтаю!»
Мои губы свело судорогой от попыток удерживать улыбку.
«А когда будет новый контент?»
Арчи выловил в быстро мелькающем чате этот вопрос и приобнял меня за плечи:
— Мы хотели бы рассказать вам главную новость сегодняшнего вечера…
«Вы женитесь?»
«Нет! Она же еще не похудела!»
«Они расстаются?»
«Он ей изменил!»
«Ну не томите!»
Арчи с довольной улыбкой выждал, пока поток нетерпеливых сообщений достигнет максимума и только после этого сделал объявление про совместный аккаунт и пригласил всех лайкать там первые видео.
Тем временем официантка принесла наш заказ и, разумеется, мой стейк поставила перед Арчи, а мне подсунула три гигантских бургера. Как можно было забыть их подробное обсуждение жирного бекона и сырного соуса? Видимо, ее представления о том, что едят толстые тетки и накачанные мужики были сильнее реальности.
Комментаторы оживились:
«Ой, как у вас все вкусненько!»
«Слюнки текут!»
«Это вы в ТЦ «Нобилис» сидите? Я там был в эту субботу».
«Я бы взяла автограф у Арчи! Пусть на груди распишется!»
«А я не только автограф».
— Ждите нового контента на нашем новом аккаунте уже сегодня вечером! — оскалился Арчи в камеру и вырубил трансляцию.
— А к нам психи не присоединятся? — с опаской спросила я. — Раз место опознали.
— Мы пока еще не настолько знамениты, — утешил он меня.
Я пересела на свой стул и попыталась придвинуть к себе стейк, но Арчи придержал тарелку пальцами.
— Нет, Дарина, сначала шоу, потом еда, — строго сказал он. — Давай, берешь тарелку с картошкой, поливаешь ее соусом хорошенько и с аппетитом ешь, а я пытаюсь у тебя отобрать. Поехали!
И он лихо развернул камеру, запуская запись.
Я с тоской посмотрела на свой стейк, но пришлось тянуться к картошке.
Потом он отбирал у меня бургер, а я как можно шире разевала рот, пытаясь ухватить хоть кусочек. За соседними столами уже начали посмеиваться, глядя на нас.
— Нет, Дарина! У нас же свидание! — заламывал Арчи руки, явно переигрывая. — Помнишь, как в прошлый раз у тебя треснуло платье?
— Это не треснет! — отвечала я по сценарию. — Оно с запасом.
И я снова поедала картошку на камеру, поливая ее жирным соусом.
Как обычно мы снимали по много-много дублей. Минимум три удачных попытки для каждой идеи — такой у него был план.
На дотошность Арчи не влияло даже то, что на нас уже собирался смотреть народ. Они толпились неподалеку, стараясь не попадать в кадр, но уходить не планировали.
Мой стейк давно остыл и стал невкусным, но я и есть уже не хотела — картошки и бургеров я наелась до тошноты. И стоило портить хорошее мясо…
В какой-то момент Арчи отошел, чтобы полюбоваться на витрину с десертами и отобрать самые фотогеничные, а я оглянулась по сторонам в поисках туалета. И вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.
Нет, конечно, на нас и так смотрели почти все на фудкорте — собравшись в отдалении и забыв о собственной еде. Хлопали в конце каждого дубля, ржали в тех моментах, когда Арчи в отчаянии воздевал руки к небесам, умоляя их вразумить его девушку-обжору, комментировали мои размеры… Ну это как всегда.
Но они смотрели с любопытством и ожиданием — что мы еще выкинем, а этот взгляд был совсем другим. Я повертела головой, ища источник — и вздрогнула, увидев у высокого окна Егора.
Шум торгового центра словно отдалился, затих, я почти не замечала мелькающих людей, которые на мгновение-другое заслоняли Егора. Я все равно его ощущала.
Он стоял против света, и я вряд ли узнала бы его, если бы не этот, отличающийся от других взгляд.
Меня бросило в жар, и я отвернулась от окна, села очень прямо и сделала вид, что не узнала его. Было очень глупо так себя вести, он наверняка понял, что я его заметила, но бороться с собой было невозможно. Паника внутри нарастала, я не знала, что и думать.
Что он тут делает?
Объявился спустя почти две недели после нашего разговора — для чего?
Случайно зашел? Тогда почему до сих пор стоит и смотрит?
Тоже смеется надо мной и моей ролью толстой обжоры, которую никак не может приструнить ее кавалер?
Наверняка представляет на месте Арчи себя и думает, что не зря стеснялся выходить со мной на публику! Позор-то какой!
