Натали наклонилась, чтобы лучше рассмотреть изображение, и кивнула, узнав девушку на фото.
— Маринетт Дюпэн-Чэн. Мне подготовить досье?
— Только короткое, — поморщился Габриэль, возвращая телефон сыну.
Адриану стало обидно. Маринетт была достойна большего, чем короткое досье. Хотя… у отца никогда не было времени, чтобы по-настоящему заинтересоваться жизнью собственного ребёнка.
Что бы там Габриэль ни решил, Адриан ни за что не прекратит общение со своим первым другом.
Дни шли. Габриэль, явно прочитавший досье, ничего не говорил. Адриан боялся лишний раз дёргать тигра за усы и тоже не начинал разговор о Маринетт и их дружбе.
В коллеже было скучно. Немного развлекала переписка с Маринетт, но в остальном… самыми лучшими моментами стали перемены, когда подростки выползали из-за парт и, лениво перемещаясь по классу, разговаривали.
Совсем хорошо было, если Хлоя оказывалась занята. Адриан любил Буржуа, дорожил её дружбой, просто… иногда Хлоя была слишком… слишком Хлоей.
Особую ценность Маринетт придавало то, что она, казалось, совершенно собой не дорожила. Могла рассеяно лизнуть царапину вместо того чтобы налепить пластырь, или забыть про еду. Да тот же прыжок с Эйфелевой Башни — разве это не признак полного безразличия к собственной безопасности?
Алья эту черту своей подруги тоже замечала, и старалась действовать, как могла: рассказывала про супергероев, чья жертва ни к чему не приводила, или же давила на совесть.
— Вот что ты будешь делать, если я вдруг пропаду, а? — разорялась Сезер на одной из перемен.
Маринетт мягко улыбнулась и взяла подругу за руку.
— Полиция? И переверну мир, чтобы тебя найти, конечно.
— Вот и я так же к тебе. Знаешь, всего неделя после нашего знакомства прошла, но такого духовного родства я ни с кем не испытывала! Ляиф, если ты сейчас розово пошутишь, то я пну тебя куда дотянусь.
— Эй, я, типа, вообще молчал!
— У тебя слишком очки блестели! Короче, Марин. Если ты пропадёшь или поранишься — я тоже всё сделаю, чтобы тебе помочь.
Согласно статьям по психологии, которые читал Адриан, Алья пыталась действовать через подобие. Показать Маринетт, что она важна для Сезер, а потому должна лучше к себе относиться.
Маринетт тогда понимающе кивнула. И без возражений съела огромное яблоко, которое Сезер вручила ей.
Свою привязанность и дружбу Алья доказала, когда Адриан совсем не ожидал беды. День шёл как обычно: шутки, смех, переругивания и скучные уроки. Пока Маринетт, выйдя к матери Исчадия, — кто так вообще ребёнка называет? — не задержалась. Зато прислала Алье паникующую СМС.
Сезер смела с парты все вещи, схватила рюкзак Маринетт и, не слушая окликов учителя, выбежала из аудитории. Адриан не знал почему, но побежал следом.
Нагнав девушку в коридоре, он схватил Алью за руку и дёрнул на себя, разворачивая.
— Что случилось?
— Маринетт прислала SOS. Она так никогда не шутит, точно что-то случилось! Надо её найти, срочно!
Он кивнул, и вместе с Альей они выбежали из коллежа.
В Париже творилось чёрт знает что, и наверняка это было дело рук Бражника. Но почему этого никто не замечал, что за магия? Адриан видел, как огромные фуры уменьшаются до размера игровых машинок, а дома, прежде чем их постигнет та же участь, вырываются из асфальта с фундаментом. Алья коротко вскрикнула, прижимая руки ко рту, но уже через секунду бросила вещи, доставая телефон и начиная съёмку.
Девиз Альи Сезер: раз не можешь ничего изменить, так хотя бы хронику после себя сохрани.
Адриан знал, что отвлечь Сезер от съёмки у него не выйдет, так что пытался высмотреть виновника творящегося бедлама. Где-то наверху летала женщина, и как её достать Агрест не имел ни малейшего понятия. Серьёзно, коты не летают!
Потом Париж накрыла ярко-жёлтая волна энергии, Алья стала стремительно уменьшаться, Плагг заверещал, приказывая провести синхронизацию, и Адриан почему-то послушался.
Зелёная вспышка Трансформации разбавила жёлтый. Адриана мотало, словно он попал в водоворот; в голове мысли стукались друг о друга, как бочонки лото. Когда Агрест пришёл в себя, то обнаружил, что летит к женщине в воздухе, а Трансформация у него какая-то убогая.
Или не Трансформация вовсе, а проклятие. Потому что руки и ноги принадлежали Коту Нуару, а тело — огромному мягкому банану, который Адриан ощущал собой. Тут можно и с ума сойти, между прочим.
Его вместе с кучей игрушек направили наверх, за грань облаков. Там была огромная платформа, состоящая из грозовых туч и напомнившая Адриану не очень хорошо проработанную локацию из видеоигр. За время полёта он успел ознакомиться с пустотой вместо хвоста и собственными изменениями.
Игрушки одержимая женщина скинула в большую кучу. Адриану повезло шмякнуться сверху, иначе его бы придавило массой. Были в его положении и неприятные стороны: не удержав равновесия, Адриан упал, покатился по горе вниз, и мир снова превратился в водоворот, закручивающийся перед глазами.
