Самая длинная ночь полностью

С л а в а. Да стоило мне только захотеть… Примитивчик!

Н а д я. Не хами!

С л а в а. В общем, можешь передать: не буду я у вас учиться. Уйду.

Н а д я. Куда?

С л а в а. Видно будет.

Н а д я. А Родислав?

С л а в а. Что Родислав? Напрасно он из-за меня полез в бутылку. Ему же проще будет.

Н а д я. Плохо ты знаешь Родислава.

Пауза.

С л а в а. А ну их к черту! Слушай, я ужасно рад, что ты пришла. Хочешь, буду прыгать от радости до потолка?

Прыгает, достает руками до потолка, еще раз, еще.

Н а д я (улыбнулась). Псих.

С л а в а. Ага.

Прыгает.

Н а д я. У вас потолки сколько: два пятьдесят пять?

С л а в а. Два шестьдесят. Хочешь послушать музыку?

Н а д я. У тебя что, «поп»?

С л а в а. Не уважаешь?

Н а д я. Смотря что.

С л а в а. Я тебе «Деторс» закручу.

Ищет пленку, потом заряжает магнитофон.

Ты садись.

Н а д я (садится в кресло). Только не думай, что я ради тебя пришла, мне Родислава жалко.

С л а в а. Понятно. Кроме Родислава, для тебя людей нет. Учти, у него трое детей и жена дико ревнивая.

Н а д я. Нет у него детей. И жены нет. Он не женат.

С л а в а. Неясно.

Н а д я. Нарочно распустил слух, чтоб девчонки не липли.

С л а в а. Откуда ты знаешь?

Н а д я. Я про него все знаю. Видал у него на лбу шрам? Парни на улице приставали к женщине. Он заступился. Их трое было. Они его камнем. Милиция потом искала — не нашла. Сам нашел. Знаешь, что он с ними сделал? В свой цех устроил учениками. А мастер он какой! Знаешь, сколько зарабатывал?! И к нам ушел. В училище. Не отпускали. Скандал. А он в партком. Дураки смеются: какая выгода? А он сказать стесняется. Просто любит нас. Ты понимаешь, что значит любит? Мне иногда кажется, люди перестали это понимать. Любит. Вот и все.

Пауза.

С л а в а. Нет, он все-таки с приветом. Вот чудеса… (Подошел к фотографии матери, постоял, посмотрел, повернул лицом к стене.)

Н а д я. Ты что?

С л а в а. Да ну ее!

Н а д я. Странный ты тип, Горохов: с одной стороны, чересчур взрослый, трезвый такой, практичный, а с другой… ребеночек беззащитный, понянчить хочется.

С л а в а. Что же ты? Понянчи. (Опустился на пол возле ее ног, положил голову ей на колени. Совсем по-детски.) Понянчи, ну понянчи…

Н а д я (сначала хотела оттолкнуть, не оттолкнула, осторожно провела рукой по волосам). Наши считают, что ты подонок, а по-моему, ты все-таки непохож на обыкновенного подонка.

С л а в а. Спасибо. (Засмеялся, вскочил на ноги.) Я необыкновенный подонок! (Подошел к магнитофону.) Это рок-опера. «Кадрофония». Герой — парень из рабочей среды. Джимми. Он оптимист, но абсолютно разочарован в жизни.

Н а д я. Странно… Как будто вижу тебя в первый раз. В училище ты совсем другой — все время дурака валяешь.

С л а в а. Сам себя не пощекочешь, никто тебя не рассмешит. (Включает магнитофон.)

Музыка. Надя слушает некоторое время, глядя куда-то вдаль, в окно, потом встает и выключает магнитофон.

Не впечатляет?

Н а д я. Почему твой отец в овощном работает? Он ведь выставку расписывал…

С л а в а (листает страницы альбома с фотографиями). Что он тебе еще рассказывал? Про мать?

Н а д я. Сказал, что она живет в другом городе. Я его сразу узнала, как только вошла. Меня мама часто в овощной посылает. Недавно видела — он разгружал машину и упал с мешком. А потом спал на мешках с картошкой. Пьяный. Покупатели смеялись. А мне его стало жалко. Как будто знала, что это твой отец.

Пауза.

С л а в а. Ладно, поговорили… Давай, что ты там принесла, и уходи.

Н а д я. Забудь об этом. Я тебе ничего не принесла. В понедельник я за тобой зайду, вместе пойдем в училище. И не вздумай сбежать. Что бы там ни произошло. Не вздумай. (Показывает кулак.) Убью!

Уходит.

Пауза. Слава включил магнитофон, опустился в кресло, сидит неподвижно, закрыв глаза. Тихо открывается дверь, входит  Е р ш о в. Некоторое время молча стоит у двери.

Е р ш о в. «Кто».

С л а в а (вскочил). Что?

Е р ш о в. Я говорю: эта поп-группа называется «Кто», по-английски «Ху».

С л а в а. Нет, это «Деторс».

Е р ш о в. Сначала их было трое: гитарист Питер Тауншед, певец Роджер Долтрей и бас-гитара Джон Энтуистл. Тогда они называли себя «Деторс». Потом к ним присоединился ударник Кейт Мунд, и они стали называться «Ху».

Слава смотрит на Ершова с изумлением.