Самая прекрасная роза полностью

— О, перестань дрожать и давай уже покончим с этим! — Въехав на парковку клиники ЭКО [1], Эмелия заглушила двигатель. Наступила такая тишина, что она слышала биение своего сердца. — Глупо, — пробормотала она. — Из-за такого пустяка…

Нет смысла нервничать, но Эмелии не терпелось уехать отсюда прямо сейчас. Однако молодая женщина прекрасно понимала, что она не может так поступить. Она должна получить информацию.

Вынув ключи из зажигания, Эмелия протянула руку к сумке, из которой провокационно торчал уголок конверта. Секунду она смотрела на него, потом вышла из автомобиля. Ничего она не выиграет, если снова перечитает письмо. Она уже столько раз это делала, что шрифт выцвел.

— Эмелия?

— Сэм?

Ее сердце замерло при звуке его голоса, и она обернулась, не веря своим глазам. Но это был не плод ее воображения, а Сэм Хантер собственной персоной. Он шел к ней широкими и неторопливыми шагами, одетый в деловой костюм. Она никогда не видела его в костюме. Обычно он был в джинсах или спортивных брюках, но костюм ему шел. Сэм выглядел намного роскошнее, чем прежде.

Широкие плечи, длинные поджарые ноги… и глаза — эффектные глаза синего цвета, обрамленные неприлично красивыми черными ресницами. Его глазам удавалось убедить Эмелию в том, что она единственный объект их вожделения.

— О, я так рада тебя видеть! — лихорадочно воскликнула она. — Что ты здесь делаешь? Хотя… что это я? Как ты?

Он улыбнулся, в уголках его глаз образовались морщинки, а на худой щеке появилась крошечная ямочка, отчего у Эмелии подкосились ноги.

— Дела у меня отлично, спасибо. А ты выглядишь…

— Беременной? — насмешливо произнесла она, когда его взгляд скользнул по ее округлившейся женственной фигуре.

Тихонько рассмеявшись, Сэм заключил Эмелию в объятия и на миг привлек к себе. Почувствовав, как ее круглый живот коснулся его, Сэм испытал некий шок, чего никак не ожидал. Он поспешно отпустил ее и шагнул назад.

— Я собирался назвать тебя изумительной, но… да, и это тоже, — сказал он, с трудом собираясь с мыслями. — Поздравляю!

— Спасибо, — тихо промолвила она, чувствуя себя немного виноватой, что было глупо. Не виновата она в том, что жена его брата до сих пор не может забеременеть, а она вынашивает ребенка. — Итак, что ты здесь делаешь? Я думала, что Эмили и Эндрю решили немного отдохнуть ото всего этого.

— Да, так и есть. Эндрю сказал, что они «проводят перегруппировку».

Улыбка сошла с лица Сэма, да и Эмелия посерьезнела, увидев тревогу в его глазах.

— Так зачем ты здесь, Сэм? — спросила она и только потом сообразила, что сморозила глупость, ведь не ее это дело. Но в отсутствие Эмили и Эндрю приезд их донора спермы оказался… ну, по правде говоря, странным.

— У меня назначена встреча с директором клиники, — произнес он.

Вот почему он надел костюм. Сердце Эмелии екнуло, она ощутила неловкость.

— У меня тоже. Я должна была прийти сегодня после обеда, но не могу ждать так долго. Сэм, как по-твоему, что происходит? Я звонила, но они дают уклончивые ответы. Они лишь сказали, что случилась административная накладка и доктор все объяснит. Какая может быть накладка, если ребенок зачат?

Мужчина нахмурился, сдвинув темные брови, и сжал четко очерченные твердые губы.

— Понятия не имею, — ответил он спустя мгновение, — но я намерен все выяснить.

— Есть идеи?

— О, множество, но ничего конкретного. Они отправили письмо Эмили и Эндрю, но они его еще не получили, потому что несколько дней будут в отъезде. Я понял только, что произошла какая-то путаница.

— Путаница? — Мгновение она пристально смотрела на Сэма, кровь отлила от ее лица. — Недавно в новостях сообщали о перепутанных эмбрионах. Это было ужасно.

— Да. Я видел репортажи.

— Я подумала, что подобный случай особенный, ведь в клинике строго за этим следят, но… А вдруг такое произошло и на этот раз, Сэм? — спросила она, и кровь застыла у нее в жилах. — В тот день на приеме была только я и Эмили. Что, если они перепутали эмбрионы? Что, если я вынашиваю их ребенка? — Внезапно у нее подкосились колени.

Слезы жгли ей глаза, она прижала пальцы одной руки к губам, другой рукой коснулась живота, инстинктивно защищая ребенка.

Если она вынашивает чужого ребенка…

Сэм обеспокоенно смотрел на Эмелию, его взгляд привлекла ее рука, которой она, защищаясь, закрыла округлившийся живот. Он взмолился, чтобы все вышло не так, как она говорит. Прежние эмбрионы погибли до того, как их удалось подсадить Эмили. Но если Эмелия права? Если эмбрионы подменили и она лишилась возможности зачать ребенка от своего покойного мужа? Когда малыш родится, ей придется отдать его Эмили и Эндрю. А у Эмелии не останется ничего. Все планы и все радостные ожидания будут сокрушены несколько словами: «Этот ребенок не ваш».

Сэм постарался выкинуть эти мысли из головы и посмотрел на Эмелию, по щекам которой текли слезинки.

Большими пальцами рук он вытер их с ее лица.

— Может, все иначе, — неуверенно сказал он, нежно прикасаясь к ее щекам.