Саша даже улыбнулся. «Опыт», – подумал он. Помнится, три года назад, когда парень только устроился на эту работу, чувства были совсем иные. Первый выход Саши за «мастер-кладом» напоминал кошмарный сон. Парень шел по лесополосе на ватных ногах. Вздрагивал от каждого шороха. Пару раз поскользнулся и упал в грязь. Саша был уверен, что его обязательно заметут на обратной дороге, но, на удивление, все прошло гладко.
И все-таки даже потом, почти весь первый год, походы за «оптом» давались Саше с большим напрягом. Получая координаты от своего куратора Темноты, парень оттягивал выход из дома до последнего. Стремался, потому что знал: таких курьеров, как он, принимают именно на съемах. Где-нибудь за городом, в перелесках. А дальше – изолятор, суд и десять лет колонии.
По сути, только на поднятии «опта» курьера и могла поджидать засада. Если, конечно, магазин решил сдать. В остальное время, раскидывая фасованный вес по городу, Саша сам выбирал маршруты. Сам решал, где делать тайники, и зависел лишь от себя.
«Вяжут только дураков. Делай ровно, и ровно будет». Так обычно владельцы нарколавочек в даркнете убеждали новоиспеченных курьеров. Саша, разумеется, знал, что это вранье. Рано или поздно принимают всех. Просто дураков принимают быстрее. Делая клад в каком-нибудь гаражном массиве, ты никогда не можешь быть уверен на сто процентов, что не попадешь под камеру. Или что из-за угла не покажется шальной патруль Росгвардии. Или бдительные граждане не настучат на тебя в полицию.
И все же работать в городе было не так страшно. Саша всегда напоминал себе: выглядит он прилично, подозрений не вызывает. Двадцатидвухлетний студент института политологии. Высокий, опрятный, аккуратно подстриженный. Всегда в чистых кроссовках и дорогой одежде. Внешность играла Саше на руку, а ораторские навыки, полученные в институте, пару раз спасали его от досмотра.
В какой-то момент Саша даже поверил в собственную неуязвимость. Может, и правда сажают только неосторожных? В конце концов, говорят, закладчики гуляют по воле максимум год, безалаберные – и того меньше, а Саша работал уже больше трех. И ни разу не попался.
«Просто везло, – мысленно одернул себя парень. – Не строй из себя гения. Просто сделай это в последний раз и выходи из темы. Теперь точно навсегда. Хватит. Набегался. Последний „опт“, последние адреса. Добьешь на гребаную однушку в центре, а дальше – хватит».
Подумав об этом, Саша почувствовал, как в груди потянула знакомая тоска. Это было странное ощущение. Смесь вины, отчаяния и… нежности?
Парень достал телефон. Тот, который рабочий. Проверил связь. Интернет ловил хорошо. Открыв даркнет-браузер, Саша набрал по памяти ссылку чата. Написал сообщение.
Примерно с минуту телефон молчал, а затем провибрировал дважды.
Саша улыбнулся. Снова достал электронку, начал парить и провалился с головой в переписку.
Темнота долго не отвечала, и Саша успел напрячься. Он и сам не понял, от чего именно. Все-таки работа курьером сделала из него параноика.
Наконец телефон задрожал в руке.
Парень начал писать сообщение, но затем остановился. Задумался. Стоит ли говорить сейчас? Может, лучше сделать это после? Когда вес будет на руках?
Саша отложил телефон. Уставился в пустоту перед собой. Тонкие закатные лучи резали воздух, пробиваясь сквозь хвойные ветки. Пахло живицей и землей. Где-то за деревьями доносились тихие голоса туристов.
Парень стер неотправленное сообщение и написал другое.
Саша усмехнулся. Ткнул на аватарку Темноты, чтобы открыть картинку в полный размер, и еще пару минут бездумно смотрел в экран телефона. На аватарке девушки была изображена полная луна на фоне черного беззвездного неба.
