Женщинам нередко приходится разочаровываться в своих избранниках. А вот героиня романа Лайза, наоборот, считает, что мужчина, которого она любит, слишком хорош для нее. И разубедить ее не так-то просто.
Шериф Вайет Мак-Калли, надвинув белую фетровую шляпу на лоб, с недоумением рассматривал переполненный зал старого ресторанчика. Как получилось, что обычное еженедельное заседание городского совета переросло в заправскую вечеринку? Казалось, только что он сидел в соседней комнате вместе с остальными членами совета и, тяжело вздыхая, слушал выступление Изабель Прюит, председателя женского благотворительного общества. Уже не первый раз старая ханжа стращала их всяческими несчастьями и невзгодами, которые обрушатся на городок из-за помещенного в газетах объявления, приглашавшего женщин к ним в Джаспер-Галч. Сегодняшний вечер не был исключением. И как раз тогда, когда Вайет подумал, что Изабель никогда не выдохнется, кто-то потребовал объявить перерыв, и тут пошло веселье.
Обычно Вайет не чурался общества, но сегодня ему хотелось побыть одному. Откинувшись на стуле, он вытянул ноги и скрестил руки на груди. Шум голосов усиливался, то тут, то там слышался смех. Ребята Джаспер-Галча вели себя более шумно и развязно, чем обычно. Правда, и повод у них был: с одной стороны — вчерашний дождь положил конец самой тяжелой засухе за последние двадцать два года, а с другой — помолвка Люка Карсона внушала надежду, что наконец-то заканчивается и «сезон безбрачия» в их городке. Вайет тоже радовался всем этим счастливым переменам, но настроение у него было каким-то странным.
Звонко рассмеялась женщина. Вайет напрягся и сразу взглядом отыскал ее в толпе. Неудивительно — он всегда чувствовал присутствие Лайзы Макмен, с тех пор как месяц назад она приехала в город.
У девушки была легкая походка, заразительный смех и взгляд, который мог сразить наповал любого мужчину. При всей своей выдержке Вайет Мак-Калли не мог больше спокойно наблюдать, как ее добиваются все холостяки Джаспер-Галча. Он встал и пошел через комнату, кивком отвечая на приветствия, но глядя только на женщину, с которой давно мечтал познакомиться.
Черноволосая Лайза стояла к нему спиной, и шериф не мог не отметить, что и сзади она смотрится великолепно. Обычные джинсы и красная ковбойка ничуть не умаляли ее женственности.
— Посмотри-ка, Опал, — наш дорогой шериф!
— Да, Изабель, вижу.
Вайет, вынужденный остановиться около двух пожилых женщин, с кислой миной поздоровался:
— Добрый вечер, милые дамы.
— Ну подумай, разве это не самый вежливый молодой человек, Опал?
— Да, Изабель. И всего несколько минут назад я как раз об этом говорила моей Лоэтте.
Вайет не сводил глаз с Лайзы, хотя и не очень боялся потерять ее в толпе. Последнее время ему казалось, что он сможет найти ее даже в темноте.
— Ты давно не виделся с Лоэттой, Вайет? Она сидит вон за тем столиком, справа.
Мак-Калли бросил рассеянный взгляд на дочь Опал Грехэм, которую еще в школе мальчишки прозвали Мисс Дурнушка. Та, робко помахав рукой, тут же вспыхнула от смущения.
— Такая славненькая девочка, правда? — спросила Изабель.
Славненькая, да к тому же девочка! Если в Лоэтте и появилось что-то женственное к тридцати трем годам, то все это было надежно упрятано под мешковатой одеждой с глухим воротом. Вайет понятия не имел, с чего это Изабель стала ее расхваливать. Он-то здесь при чем? Лайза снова рассмеялась, и, уже не обращая внимания на недовольство Изабель, Вайет направился в противоположный конец зала.
Лайза, наливая кофе его деду, весело подмигнула старику:
— Клетус Мак-Калли, я подозреваю, что вы в свое время были настоящим сердцеедом!
— А кто сказал, что мое время ушло?
— Да вы никак заигрываете со мной?
— А что, милочка, я еще ого-го!
Вайет искренне порадовался боевому настрою деда. Но Лайза, отходя от столика, случайно коснулась его бедром, руки автоматически придержали ее за талию, и на какое-то мгновение их взгляды встретились.
Лайза Макмен застыла с удивленной улыбкой на лице. Она жила в Джаспер-Галче уже месяц, но сегодня впервые так близко видела глаза Вайета Мак-Калли. Все это время она не случайно старалась держать дистанцию, хотя прекрасно знала, какое впечатление на него производит. Его взгляд тоже не оставлял ее равнодушной. Она приехала в этот город по объявлению — чтобы начать все сначала и найти человека, которого полюбит. Кого-нибудь похожего на нее — открытого, не очень избалованного жизнью. Но шериф Мак-Калли с его безупречной репутацией? Нет, это совсем не то. А жаль! Мало кто из мужчин производил на нее такое впечатление, как высокий, худощавый, светловолосый Вайет.
Ее окликнула Бонни Трамбл, хозяйка женской парикмахерской, и, наливая ей вторую чашку кофе, Лайза услышала:
— Потрясающе!
Девушка медленно обернулась, убеждая себя, что Вайет имеет в виду исключительно ее умение разливать кофе. Не его вина, что ей почудился в этих словах иной смысл. А все из-за его голоса — звучащего как будто только для тебя.
Пытаясь справиться с охватившим ее смущением, она махнула рукой в сторону зала:
— Я сегодня вечером помогаю твоей сестре. А народу-то сколько! У меня прямо ноги подкашиваются.