Ольга маленькими глоточками выпила всю воду и снова прислонилась к иве, прикрыв глаза.
— И ты дура, и они дураки, — шмыгнула носом Марина. — Дернуло тебя расспрашивать про эту дырку в груди. Меня б спросила, что и почему. А у него ума больше ни на что не хватило, как про все эти гадости рассказывать. Их брата только зацепи. Они все там калеченные не только в грудь, руки и ноги, но и в голову. Они поголовно психи, потому что войну не по телевизору, а живьем видели. Вадик — между нами, девочками, — после Чечни даже на игле сидел[25], не мог все кошмары забыть. А вообще они неплохие ребята, поверь мне. Их лаской, любовью к нормальной жизни возвращать надо.
Марина посидела еще немного, надеясь, что Ольга поддержит разговор. Но та сидела молча с закрытыми глазами.
— Олечка, я пойду к ним, а то неудобно как-то, — тронула ее за плечо Марина, — а ты как придешь в норму, тоже давай к нам. Лады?
Ольга продолжала одна наслаждаться тишиной и близкой речной прохладой. Теперь ей страшно хотелось спать. Но она пересилила нарастающую дремоту, встала и медленно пошла по берегу в противоположную сторону от того места, где слышался веселый хохот Стаса и Вадима и визг Марины. Наконец, она удалилась настолько, что ей уже ничего этого не было слышно. Ольга осмотрелась по сторонам, разделась, сложила аккуратно платье и нижнее белье на старой коряге и осторожно вошла в воду. Там она распустила волосы, стянутые сзади в тугой узел, и, набрав воздуха, пошла на глубину, где вода была еще прохладнее, чем у берега. Но эта прохлада добавила ей сил и бодрости. Вынырнув, она увидела прямо перед собой маленький островок, образовавшийся на мелководье. Он был покрыт сплошным кустарником и низкорослыми деревцами. Зелень была настолько густой, что через нее не видно было другого берега.
Ольга решила плыть к тому островку. Но не проплыв и десятка метров, она ощутила под ногами илистое дно реки. Встав на ноги, осторожно пошла вперед, озираясь по сторонам. Затем быстро вышла из воды и с разбегу растянулась на густой изумрудной траве под карликовой березкой. Ни с того, ни с другого берега ее не было видно. От удовольствия и полной тишины Ольга прикрыла глаза…
Сколько прошло времени — она так и не смогла сообразить, а часы остались на берегу вместе с одеждой. Ее разбудил громкий смех. Ольга осторожно приподнялась на локтях и увидела всех троих: Стаса, Вадима и Марину. Вадим держал бинокль и осматривал через него противоположный берег.
— Олечка, выходи к нам, — кричал Стас, неуверенно держась на ногах, — выходи, не бойся. Я больше не буду ужастики рассказывать. Честное пионерское!
— Олька! — раздался голос Марины. — Выходи, а то голяком домой поедешь!
— Или пешком пойдешь, — добавил Вадим, не отрываясь от бинокля.
Ольга по-пластунски перебралась еще дальше вглубь островка и снова вошла в воду. Лишь когда она обогнула островок и вышла на чистое течение, ее заметили и радостно закричали:
— Плыви к нам, рыбка золотая!
Ольга подплыла ближе, пока снова не почувствовала под собой твердое дно, и, оставаясь в реке по грудь, крикнула в ответ:
— Уходите на свое место! Дайте мне спокойно одеться!
— А спокойно уже не получится, — развел руками Стас.
Ольга теперь отчетливо видела, что он был сильно пьян.
— Уж никак не получится спокойно, — повторил он. — Такие вот мы неспокойные ребята: сами мало спим и другим не даем. Так что не стесняйся, выходи на бережок, русалочка ты наша.
Марина делала отчаянные жесты, показывая Ольге, что бы та выходила из воды:
— Дура! Воспаление схватишь! Кто с тобой возиться будет?
Ольга упрямо молчала, глядя на пьяную компанию и выжимая мокрые волосы.
— Тогда, — включился в разговор Вадим, — как говорят мудрецы Востока, если гора не идет к Магомету, пусть Магомет сам придет к горе.
С этими словами он поднял Ольгины вещи, оставленные на коряге, затолкал их в полиэтиленовый пакет и высоко поднял над головой:
— Олечка, по твоей просьбе мы убираемся на свое место, а ты все же уважь просьбу боевых офицеров: выходи на бережок. Мы со Стасом в своей жизни столько голых баб повидали, что ты нас ничем не испугаешь.
Ольга поняла, что теперь они не шутят.
— Мрази, — тихо прошептала она и отплыла назад. Перевернувшись на спину, она подставила себя течению и медленно поплыла в сторону лесного родника, куда берегом двинула остальная компания. Когда Ольга подплыла на место, все уже ждали ее появления.
— Вот и умница, вот и молодец, — осклабился Стас. — А теперь ать-два, ать-два, и на берег ножками, ножками. А мы посмотрим, действительно ли они у тебя такие стройные, как Маринка расписывает. Ведь вы в одной баньке паритесь, а?
И расхохотался вместе с остальными.
Ольга чувствовала, что продрогнет в прохладной воде окончательно, и тогда болезни не миновать. Она не хотела больше рисковать здоровьем.
«Какие же вы все подонки!», — подумала она, собираясь с духом, чтобы выйти на берег.
Нагретый палящим солнцем ветерок накатил ей прямо в спину легкую волну.
