Веселый иронический детектив известного мастера детективного жанра и меткой пародии.
Все имена, фамилии, должности, звания и прочее являются выдуманными, и их совпадение с реальными людьми, а также с героями литературных, телевизионных или иных художественных произведений может быть лишь непреднамеренной случайностью. Это же относится и к описываемым в книге событиям…
Ресурса катастрофически не хватало. Команды исполнялись медленно, проклятый ящик ай-би-:эм-овского «пня» «тормозил». Положение становилось критическим, и они оба понимали это. Они сделали все возможное: задрали приоритет до небес, сменили программируемую метку таймера, отключили отдел заработной платы и других второстепенных пользователей под предлогом профилактических работ — но дело на поправку не шло.
Они сидели здесь всю ночь, не сомкнув глаз ни на минуту. В душной темноватой комнате царил кавардак. Сквозь плотные жалюзи едва пробивалось утреннее солнце, жаркое, июльское. На разбросанных по столам деловых бумагах, усыпанных пеплом, окурками и хлебными крошками, в полосе солнечного света кровавыми пятнами растекался пролитый джем из красной смородины. Это было все, что они ели за последние сутки.
Они были молоды и честолюбивы. Предприятие, которому они посвятили последние две недели, оказалось под угрозой. Те, на другой стороне, тоже понимали это. Их действия были методичны и расчетливы, они не допускали ни одной, даже самой малой, оплошности, которой можно было бы воспользоваться. Петля затягивалась все туже.
В запертую дверь резко и неожиданно постучали. Тот, который согнулся за компьютером, нервно дернул спиной.
— Какого черта! Гони всех нахрен!! Сказано же — не входить во время работы!!
— Это принесли кофе, — успокоил его второй, принимая в приоткрытую дверь поднос с чашками.
— Кофе… хорошо… давай сюда скорей!
Не выпуская из красивой холеной руки «мышку», первый нервным движением схватил дымящуюся чашку, поднес ко рту, обжег тонкие губы и взвизгнул.
— Осторожнее! — сказал второй, толстенький и более благоразумный, с пышными пшеничными усами, подув на свой кофе из-под верхней губы. — Не стоит так убиваться! Это всего лишь деньги…
Нервный, высокий и анемичный не ответил, согнулся пуще прежнего, с тупым упорством шизофреника глядя в экран слезящимися красными глазами.
— Катя говорит — звонили из службы безопасности, — озабоченно сказал благоразумный. — Спрашивают, почему у нас все время занято. Как бы не влететь…
— Сдаться?! Мне?! — дернул головой высокий. — Ни за что! У нас еще есть шансы! Я хочу понять, что произошло! Все было уже на мази — и вдруг кто-то начал жрать ресурс!
— Может, перезагрузку? — предложил толстенький, двумя пальцами разглаживая усы.
— Потеряем время! Быстро посмотри очередь заявок! Наверное, внешние вмешались…
Толстенький с сожалением отставил пустую чашку и, отогнув край жалюзи, со вздохом выглянул в окно, выходящее на оживленный проспект. Потом сел за свой компьютер, неуловимо быстро забегал пальцами по клавиатуре, набирая команды.
— Заявок полный стек! Время ожидания больше допустимого!
— Понятно! — угрожающе кивнул нервный. — Система давит нас для обслуживания абонентов! Отключай перезапросы!
— Это запрещено инструкцией! — испугался толстенький.
— Отключай, я сказал! Я отвечаю! И систему дешифрации тоже! За десять минут ничего не случится!
Толстый пожал круглыми аккуратными плечиками, словно говоря «моя хата с краю — ничего не знаю», и исполнил распоряжение. Потом встал, потянулся и через плечо высокого стал следить за обстановкой в зоне.
Система заработала по упрощенной схеме. Очередь заявок тотчас рассосалась — и ресурсы могучей банковской сети освободились для настоящего дела. Теперь команды исполнялись, едва высокий успевал клацнуть клавишей мыши. Положение вскоре выправилось и, сначала медленно, потом все бесповоротнее чаша весов стала склоняться на их сторону. Противник судорожно задергался, запаниковал, сделал недопустимую ошибку, которой высокий мгновенно воспользовался. Он весь закостенел за компьютером, вцепившись в «мышь» так, что пальцы побелели. Толстый, азартно шевеля ягодицами, подпрыгивал у него за спиной.
— Мочи их! Мочи!
Вскоре прозвучали победные фанфары. Высокий, обессилев, откинулся в кресле, уронил длинные руки, точно плети. Толстый приятель, расцеловал его в потный лоб, утерся рукавом, воскликнул фальшивым голосом:
— Ты гений! — и принялся названивать по освободившемуся телефону. — Але! Девки! Как мы вас?! Эта победа войдет в историю! Расплата сегодня вечером, в «Парадизе»! Это была самая длинная игра, которую я знаю!
