Саммаэль полностью

Изложение шло от лица некоего пилота… Зме?я (внимание!) Шкловски. Из Зме?я ползуче-летучего вылупился авантюрист Валь Вессон, а остатки Шкловского (а конкретно — его фамилия) уползли в рассказ «25 градусов» любить Надин Грант. Злобный высший маг там также присутствовал; и звали его (барабанная дробь…) Саммаэль Верс. И уже во втором варианте (2006? 2007? Черновиков не сохранилось… таймстампа тоже) этот злобный маг размножился почкованием на протагониста Саммаэля и антагониста Джоэля Верса (обоих, причём, одинаково злобных. Чем больше злобных магов — тем лучше? Надо третьего присобачить, и пускай бухают втроём…) Одним из ключевых персонажей там был не кто-нибудь, — а бригадный генерал Рудольф МакЛаффлин; которого я пото?м, во втором варианте, по трезвому размышлению (очччень трезвому…) вытащил из Сумеречья и отправил туда, где ему больше нравится. Как говорят во флоте, «раком — и на Хайнаку».

А у девушки, из-за которой на Р6:61 (кодовое название планеты «Радуга»! Я ж говорю, близко к тексту… Blackmore's Rainbow!) разгорелся весь сыр-бор, в первом варианте не было ни имени, ни даже лица. Нет, ну так же неинтересно! Поэтому, когда в третьем (и окончательном!) варианте романа я задумал было описать мисс Рейчел Линн всего лишь парой штрихов («девятнадцать лет, волосы пепельно-русые, похожа на сломанную куклу»), — та на меня (sic[157]!) обиделась, потом (дважды sic!) заревела в три с половиной ручья, — и далее (ой, мамочки!) загребла под себя без малого авторский лист[158]. Прихватив — в качестве сувенира — сердце протагониста.

Каваиии.

После чего — исчезла.

Что ж, это вполне в её духе. Такие девочки способны на многое.

It used to be a game, now I can't repeat my name at all

It's easy to believe that I never can refuse her call

She wants a souvenir, to everyone it's clear

She's hot; one look

She wants a photograph and everybody laughs

But not me 'cause I see:

She's creeping like a hungry cat

I've seen it before and I know it can mean that -

— Что может означать только одно… ага, именно это: Blackmore's Rainbow, '76. Ох, carry home my broken bones…

Иногда я думаю, что коли быть ей без имени и без лица, как в первом варианте (а там была одна только жопа!), — дальнейшие события (внимание, спойлер, спойлер!) были бы куда менее трагичны.

И куда менее интересны.

Ой, и самое странное! Маг-то, маг… Якуб ибн Назир! Сидел бы себе тихо, в своём пригороде Астона, в рассказе «Дом с камином»… нет, блин, взял да приковылял сам собой. И тихонечко встал в стороне. Ну, блин, старый хрыч… Ну и стоит теперь, ждёт второй книги… в которой ему уже отведена немалая роль.

Вот такая история… «подходов к станку».

И на этом закончим с историей… и с меломанией.