Я обрисовал им все так, как есть на самом деле, без преувеличений. Куда уж больше. Короли должны были осознавать, что происходит на самом деле. А именно, что Иерархия, единственная в своем роде непреступная секретная организация, была захвачена шайкой террористов и бандитов. Я назвал личность террориста ответственного за захват – Марк Хозанов, рассказал о его союзниках всё, что было мне известно. Уведомил, что среди врага был лидер картеля «Черный Тигр» и то, что противнику осталось пройти только один уровень защиты, чтобы попасть в секцию три. О секции три знал только министр вооруженных сил, его заместитель и наш непосредственный куратор, и директор ФСБ. Ну, может еще их заместители. Министр вооруженных сил, редко, когда приезжает к нам с проверкой. А директора ФСБ вообще не касаются секреты, хранящиеся в наших тайниках.
Секция три, была чем-то вроде секретного хранилища, в котором хранились планы возможного наступления и отражения противника на территорию Российской Федерации; местоположение шахт с ядерным оружием противника. Также на жестких дисках, хранились данные о местоположении секретных бункеров с оружием, которое может сыграть ключевую роль в третьей мировой войне: всё, от экипировки бойцов, до тяжелой техники и баллистических ракет. И все то, что террористы могут использовать в своих корыстных целях: от программ, способных взломать спутники и противоракетную оборону; до новейших разработок, с помощью которых подонки будут способны погрузить целый мир во тьму и хаос.
– Ситуация зашла слишком далеко! – промолвил министр вооруженных сил. – Разрешаю проведение контртеррористической операции. Все террористы должны быть ликвидированы в течение двадцати четырех часов.
К утру контртеррористическая группа будет готова к операции. А штат военных, проходящих службу на территории, где располагаются те самые засекреченные бункеры, будет удвоен. Посмотрим, к чему это приведет.
Я оплошал. То, что произошло со мной… Что сотворили в колонии, даже невозможно описать словами. Маску было страшно снимать со своего лица, поскольку ткань уже присохла к ранам на лице и каждое неуклюжее или случайное движение мышцами лица, приносило неприятную боль. В общем, внешний вид оставлял желать лучшего. Когда снял маску, то увидел свое «милое» и обезображенное личико. За все время, которое я провел в спорте, никто и никогда не делал со мной того, что сделал этот криминальный карапуз.
С момента моего возвращения, Карина только и твердила, что мне нужен доктор. Еще бы… С таким лицом, как у меня, врач был необходим. Я насчитал, как минимум пять рассечений на голове. Плюс гематома на бедре и выбитый на лодыжке палец, тоже не оставляли утешительного прогноза для скорейшего возвращения в строй. Возможно, палец на лодыжке сломан, а на бедренной кости имелась трещина. Это, конечно, только мои предположения, но все равно, мало приятного.
Выслушав истерику своей девушки, которая твердила не переставая, что мне необходима врачебная помощь, я наконец-то сдался и позвонил своему водителю Леониду. Всё лишь бы прекратить этот девчачий приступ истерии. Я попросил шофера приехать на указанный адрес, по которому находился коттедж Иланова или Самодура, кто его там разберет.
Просто на одном месте Карине не сиделось. Ничего не поделаешь, но девочке хотелось показать свою заботу. Потому, она принялась обрабатывать спиртом раны на моем лице.
– Нельзя спокойно дожидаться пока попадет инфекция! – так она утверждала, каждый раз, когда я корчил лицо от прикосновения смоченной специальным спиртовым раствором ваты.
Мне интересно было увидеть выражение лица Леонида, который даже не догадывается, чем его босс промышляет в последнее время. Он, конечно, человек, повидавший многое, но все равно… Такое для него должно быть в новинку.
При виде моего разукрашенного личика, водитель просто застыл, пытаясь распознать во всем этом разукрашенном месиве своего начальника. Я его прекрасно понимаю. Для меня тоже осознать подобное тяжко. Сейчас я выгляжу так, как выглядели мои соперники на соревнованиях. Отек с черными синяками, увеличивающий мое лицо в несколько раз. Да так, меня даже мать родная не узнала бы.
Как же я так облажался?
Леонид принес из багажника автомобиля аптечку и быстро зашил меня все пять рассечений на лице.
– Больно!? – спросила Карина.
– Нет, – холодно ответил я.
– Чтобы исключить переломы, было бы не плохо сделать рентген, – настойчиво посоветовал шофер.
– Может спустим все на самотек? – шутливо отреагировал я. – Само заживет! Как и всегда.
И вот. Появился тот, кого не ждали. Снова этот Воронцов. Он уже сюда, как к себе домой приходит. Не удивившись моему состоянию, он посмотрел на меня и спросил:
– Что случилось?
– Ты о моем прекрасном личике?
– И о нем тоже! – отметил агент.
– Все произошло в точности так, как вы и предсказывали, – ответила Кара. – Карен Арутюнян освободил свое отрепье из тюрьмы. А какие новости у Вас?
