– У тебя не ничего, что мне нужно! – суровым женским голосом проговорила незнакомка, находившаяся где-то в темноте.
После того, как она закончила говорить, две красные точки, появились на моей груди. Они гуляли по моему телу в разные стороны. Чтобы девушка не задумала, она не собиралась отпускать меня живым. Мне оставалось только поднять руки вверх. Я продолжал умолять ее пощадить меня. Это единственное, что мне оставалось.
– Прошу тебя. Пощади!
– О да! – гордо заявила дьяволица из темноты. – Я пощажу.
Красные точки с моей груди исчезли. Но не успел я обрадоваться, как практически одновременно, две мои руки поразили дротики, но из-за состояния шока, уже не мог почувствовать боль. Был лишь способен смотреть, как хлещет кровь из моего тела, заливая все вокруг.
– Что тебе нужно? – сквозь адскую боль и страдания, спросил я.
– Вручить тебе почетную адвокатскую награду, – грозно ответила незнакомка, ударив меня по лицу чем-то очень твердым и острым.
После сильного удара я потерял сознание. Очнулся только на следующие сутки, в реанимации. Врачи обрадовать меня не смогли. Два пальца были ампутированы. Впереди две сложные операции. Эта девушка сделала все возможное, чтобы я прочувствовал все муки ада за свои грехи… И что-то мне подсказывает, что я их точно запомню во всех деталях.
Запомнил ли я ее? Нет. Это я и пытался донести до полиции, допрашивающих меня. Дева была в темноте. И не знал, где именно, как выглядела и особенно, какую цель преследовала.
Помню только голос. По-своему прекрасный, и по-своему ужасный.
Кажется, я начинаю привыкать к такому образу жизни: к голоду, сырости, кошмарам и боли. В принципе, мое нынешнее положение ничем не отличалось от того времени, когда меня вербовали агенты Иерархии. Бакеева, конечно, голодом не морила, но заставляла испытать на себе весь спектр взрослой жизни и отчаянья.
С тех пор, как я попал в эти пещеры, меня не покидают кошмары. Эти ужасы, сводящие меня каждый раз с ума, отличались от тех, что мне снились ранее. Сновидения, преследующие меня с тех пор, как я покинул Красный Острог были похожи больше на пророчество. И если бы несли они за собой, что-то светлое, претензий бы к моим снам не было. Но нет, чепуха, которая появляется в виде галлюцинаций во время дремоты приносила страданий не меньше, чем ужасающая начальница Иерархии в наш первый с ней день знакомства.
Каждый момент моего сна, был связан с моими близкими. Все, кто когда-то был мне дорог, погибли. Я остался один. Казалось, я сделал все что было необходимо, чтобы защитить любимых, но безрезультатно. И даже сейчас, осознав, что это всего лишь обычный кошмар, пусть чересчур и правдоподобный, но что-то по-прежнему не давало мне покоя. Стоило оказаться так далеко от родного дома, чтобы обрести ясность и понять, что моя семья, друзья, да и все жители Красного Острога никогда не будут в безопасности. По крайней мере, пока люди подобные Карену Арутюняну, Марку Хозанову и Максиму Кондрашову на свободе.
Этот сон мне снится все время. И каждый раз все правдоподобнее и мучительней. Очередная расправа криминального авторитета картеля «Черный тигр», который пробудился от горечи поражения и вышел из спячки полный сил для осуществления своей мести. Мой кошмар прервался на кладбище, где были погребены все близкие мне люди: мама, папа, сестра, Птица, Карина. Они все были погребены рядом. Всего лишь в нескольких метрах от могилы Алины и Никиты. Памятники начали трястись, словно какая-то сила хотела вырваться из-под земли наружу… Скажу честно, сегодня я был рад кошатникам, которые не позволили мне в очередной раз досмотреть ужасное сновидение.
Коты подняли меня на ноги; вывели из камеры и в очередной раз повели в кузницу, где наградили еще одним клеймом, на этот раз римской цифрой два. Было все также невероятно больно. Но в этот раз чувство голода и усталости взяли над болью верх. После клеймирования, войны сопроводили меня до длинных катакомб, уходящих глубоко под землю. Скандинавы толкнули меня вперед, и я упал на колени.
После всех тех пыток, на которые я здесь был обречен, мне потребовалось не так много времени, чтобы оправиться. Я собрался с духом и будучи готов ко всем трудностям поднял голову и увидел перед собой одноручный клинок средних размеров. Оружие находилось, может, в метре от меня. Когда дотянулся до него, то взял в руки, а затем использовал меч, как опору, чтобы подняться на ноги. Пускай оружие и было одноручным, но в моем состоянии он все равно казался невероятно тяжелым.
