Действительно. Неразумно бы было нападать на аэропорт, устроить здесь такую разборку, а затем просто уехать на машинах. Нам бы этого просто не позволили, а вот улететь… Здесь еще был шанс. Тем более, что в воздухе парила только пара вертушек Ка-29, в которых я не видел никаких проблем. На одной из этих птичек был отряд, предназначенный для нашей ликвидации. Второй предназначался для обстрела с воздуха. За все время преследования, они так и не открыли по нам огонь. Полагаю, что никто не хотел рисковать и ликвидировать машину не убедившись, что в ней нет заложников. Трусы…
Когда мы расселись по автомобилям, тут же рванули до взлетной полосы, которая находилась на расстоянии пятисот метров от нас. А что мне было до Самодура? Ничего… Придет еще время, когда я разберусь с этой надоедливой выскочкой. И когда это время настанет, я вырежу каждого из тех, кто ему дорог, а затем покончу и с ними.
Мы выехали на взлетную полосу, один из вертолетов перегородил нам дорогу. Вооруженные бойцы тут же выгрузились и открыли по нам огонь. Подкрепление на застало себя долго ждать. Мои парни подоспели, как раз вовремя, окружили противника и открыли по ним ответный огонь. Вместе с товарищами, все мы вышли из машин; открыли багажник и достали оттуда РПГ.
– Снять ее к чертовой матери! – выкрикнул я своим, показывая на парящую в воздухе вертушку.
Без лишних вопросов, в мгновение ока, бойцы решили проблему, которая нависла в воздухе. Пришлось идти на крайние меры. Но черт подери, эти крайние меры привели в восторг Марата с его дружком. Разобравшись с несчастным взводом солдат, которых бездарное командование России отправило на гибель, мы загрузились в уцелевший вертолет противника. Теперь, нам уже ничего не мешало покинуть этот провонявший смертью аэропорт.
Быть этого не может… Виктор Ходунков и Марат Башаров! Я просто не верю своим глазам. В свое время, я по горло был сыт историями про этих упырей. Сколько же невинных людей полегло от рук этих подонков. Сколько честных милиционеров не вернулось домой? И сколько семей было вырезано, ради контроля и власти Приморского края? Слишком много… Эти парни по сей день находятся в федеральном и международном розыске.
Пару лет назад группе сотрудников интерпола выпала честь заниматься поиском этих бандитов. Но, что-то совсем пошло не так, раз за пять лет ничего существенного не произошло. Когда отделение из пяти человек было хладнокровно казнено, именно тогда, международная организация и потеряла всякую надежду.
Кровь в жилах стыла от увиденного. Врагам не пожелаешь испытать то, что испытали эти парни. Их тела были настолько изуродованы, что потребовалось генетическое исследование для установления личности. Именно после этого, Ходунков с Башаровым выпали с поле зрения интерпола. Некоторые утверждают, что им повезло. Другие, что в самом интерполе были люди, работающие на этих мерзавцев. Но лично мне кажется, что большую роль здесь сыграл человеческий фактор. Кто-то из них прокололся и выдал всех своих коллег.
Теперь прошлое не имеет никакого значение. Этих парней не вернуть. Всю ту боль, которая была причинена семьям убитых не обратить вспять. Единственное, что имеет вес – это то, что самые ужасные бандиты девяностых вернулись в Красный Острог и объединились с одной из самых могущественных бандитских группировок в стране. Что последует дальше, после такого дурного во всех смыслах союза?
Когда мне удалось пробраться внутрь здания, внутри уже был ни один десяток трупов. Я должен был что-то сделать. Не мог же просто наблюдать за тем, как эти убийцы хозяйничают здесь. Разумной идеи мне так и не пришло в голову. Я был один. И скорее всего, не был бы особой проблемой для этих уродов. Они одним лишь количество убрали бы меня с дороги.
Объявившийся ни с того ни с сего Самодур, заинтересовал внимание бандитов. Началась стрельба, в результате которой лучник был вынужден скрыться. Карен Арутюнян вместе со своими старыми товарищами, используя ситуацию, стремительно вышел на улицу и сел в автомобиль, а после скрылся с горизонта.
Все происходило так быстро, что я не успел ничего предпринять для их задержания. Мне оставалось только вести огонь по оставшимся бандитам. Их тут было не много, всего семеро. Двоих точно пристрелил я. А затем, эти эрудиты вдруг обнаружили меня. Теперь их целью стал, вечно сующий нос не в своё дело, сотрудник уголовного розыска. Для этих парней, прикончить меня было, наверное, проще, чем сибирского мстителя. Потому их выбор был мне понятен.
Прежде чем переключаться на меня, я бы посоветовал закончить с Самодуром. Именно такой совет они от меня бы услышали при допросе. Это при условии, что они остались бы в живых после встречи с самоуправцем. Он ли это? Ранее мститель больше использовал стрелы. Теперь же использует огнестрельное оружие. А точность оставляет желать лучшего. Такое ощущение, что его подменили. Или, может человек под этой броней вдруг поумнел? Спрошу это, когда арестую его.
