Когда наши с Василием люди завели двигатели фур, лучник достал стрелу и всадил ее в головореза клиента, выхватив после у него из рук пистолет. Пока наши целились в его сторону, этот недоразвитый Робин Гуд начал стрелять по единственным фонарям на парковке и фарам автомобилей. Он посеял здесь тьму; я слышал только крики и вопли своих людей и даже боялся представить, что там происходит.
Усевшись в машину, я приказал водителю сматываться отсюда, после чего последовал громкий взрыв, похожий на взрыв гранаты РГ-42, которые как раз заказывал у меня Вася. Посмотрев в окно, я увидел горящую фуру и лучника, который продолжал стрелять в сторону моего грузовика с оружием, пытаясь не дать ему покинуть территорию. Когда стрела пронзила грудь водителя, фура на полном ходу влетела в стену, так и не выехав с парковки.
Мы уже к тому времени практически выехали наверх и, увидев Минина с двумя его бойцами, которые оказались в засаде, остановились недалеко от них. Не могу сказать, что Вася был ценным партнером, но оставить умирать человека, который не заплатил мне вторую часть за поставленный мной товар, я не мог. Пока этот толстяк залезал в мой автомобиль, лучник успел перебить двоих его телохранителей. После чего мы сразу рванули вперед, пытаясь пристрелить этого идиота на ходу через открытые окна автомобиля.
Выехав наружу, я увидел своих людей лежащими на земле. Не знаю, были они живы или нет, но проверять мне этого не хотелось.
– Этот подонок должен был заплатить за то, что сделал, – злобно воскликнул Минин. – Он ответит за моих людей – не сегодня, так завтра.
Через секунд десять я осознал, что удача сегодня на моей стороне. Мы гнали на огромной скорости и, откуда не возьмись, перед нами на расстоянии тридцати метров стоял этот лучник, который, как бы глупо это не звучало, стрелял стрелами в лобовое стекло нашего автомобиля. Только он не знал, что у моих «мерседесов» бронированные стекла. Я был так зол, что у меня не было времени на раздумье, и в гневе я приказал водителю:
– Дави этого ублюдка!
Водитель вдавил педаль газа до самого конца и наш автомобиль стремительно ускорился. Позже я заметил, как лучник поднимает РПГ, которые находились в ящиках второй фуры. Послышался звук, который издавал летящий в нашу сторону снаряд от РПГ; что произошло дальше, я не помню.
Громкий и болезненный звук в ушах – единственное, что я чувствовал и помнил после попадания в наш автомобиль снаряда. Я еле смог добраться до ручки двери, а когда все-таки добрался, то моментально выпал из машины, следом за мной вылез и Минин, из ушей которого хлестала кровь. Поднявшись на ноги, Вася достал пистолет, и, развернувшись в сторону нашего перевернутого автомобиля, прицелился в лучника. Тот перепрыгнул иномарку, приземлился и, заломив руку покупателя с оружием, развернул его в мою сторону и произвел выстрел по моей правой ноге, затем, направив руку Василия с пистолетом к его лицу, поставил толстяка на колени.
– И что дальше? – радужно спросил Вася, после чего он начал смеяться над лучником.
– Смерть, – грозно ответил Робин Гуд и нажал на спусковой крючок, после чего последовал выстрел, который оборвал жизнь Василия Минина.
Я пытался присесть в более удобное положение, но из-за пулевого ранения не мог даже согнуть ногу. Увидев, как этот урод застрелил моего товарища, я уж смирился со своей судьбой, но посмотрев на меня, не особо торопился меня убивать. Он медленно подошел ко мне и остановился на расстоянии вытянутой руки.
– Ты еще кто? – ошеломленно спросил я у него.
Отвечать он не стал, просто после небольшой паузы, кому-то сказал, что дело сделано и, замахнувшись рукой, в которой он держал пистолет, ударил меня по голове.
Спустя час после операции в Подгорном мы с Васильевым и Дьятковским отчитывались за проделанную Романом Илановым работу перед начальницей. В кабинете атмосфера была напряжена как никогда, а по ее настроению было заметно, что за последний час ей много кто звонил с замечаниями о произошедшем в Подгорном.
– Иланов превратил Подгорный в зону боевых действий; думаю, к нам будет еще много вопросов, – четко и ясно доложил я Бакеевой.
Услышав мои слова, Никита язвительно сказал:
– Как и похорон, – после сказанных им слов Анастасия Леонидовна посмотрела на него, затем на меня, потом и вовсе начала смотреть в разные стороны.
– Что насчет фур? – спросила она.
По ее голосу можно было определить, что начальница уже устала, и единственное, что ей сейчас нужно, это получить ответ на свои вопросы и пойти лечь спать.
– Две фуры Иланову удалось задержать, но третьей удалось уехать.
Я подошел к столу начальницы, передавая ей личное дело Григория Моргуна, и пояснил:
– Это поставщик Василия Минина!
Выхватив у меня из рук личное дело, Бакеева внимательно его изучила.
– РГ-42 и РПГ, интересно. Известно, кому Минин собирался втюхать всё это добро? – изучая личное дело, спросила Анастасия Леонидовна.
