— Ладно! — Терпение Хадуэлла лопнуло. — Черт с вами, грязные дикари. Не останусь с вами ни за какие коврижки. Я ухожу. Ты со мной, Меле?
Девушка вздрогнула, взглянула на Хадуэлла, затем — на Лэга. Повисла тяжелая тишина.
— Вспомни об отце, Меле, — молвил наконец жрец. — Вспомни о вере предков.
Меле гордо вскинула маленький подбородок.
— Я замужняя женщина. Пошли, Ричард.
— Молодец, — кивнул Хадуэлл и поспешил к звездолету. Меле последовала за ним.
— Меле! — в отчаянии вскричал жрец, но девушка даже не обернулась. Они поднялись по трапу, тот втянулся внутрь, люк захлопнулся.
Минуты спустя языки красного и синего пламени окутали серебристую сферу. Она оторвалась от земли, плавно набирая скорость, поднималась все выше и выше, превратилась в точку, растворилась в небе.
По щекам жреца катились слезы…
— Дорогая, мы летим на Землю, мою родную планету, — пояснил Хадуэлл. — Тебе там понравится.
— Обязательно. — Меле не отрывала глаз от россыпи звезд на черном бархате космоса.
Где-то среди них затерялся ее дом, куда ей уже не вернуться. Но другого выхода не было. Женщина всегда идет за мужчиной, которого любит. И если любит по-настоящему, никогда не теряет веры в него.
Меле по-прежнему верила в Хадуэлла.
Под одеждой она нащупала миниатюрный, вставленный в ножны кинжал. Его кончик покрыт медленно действующим, вызывающим ужасные боли ядом. Кинжал передавался по наследству из поколения в поколение и использовался, когда поблизости не было жреца, и только для самых любимых членов семьи.
— Теперь я не буду терять время попусту, — продолжал Хадуэлл. — Ты вдохновишь меня на великие дела. Ты будешь гордиться мною, дорогая.
Меле согласно кивала. Когда-нибудь, думала она, Хадуэлл искупит грех перед ее отцом. Возможно, уже в следующем году. А потом он получит от нее самое дорогое, что может дать женщина своему мужчине.
Мучительную смерть.
