– Можно, так обычно и делают, не волнуйтесь. Фамилии назовите.
– Быстрицкая и Семенова.
Проректор вышел, я, подхватив Олю, за ним.
– Теперь вы идете вон в то кафе, садитесь и ждете нас.
– Ой, магистр, нам же еще еды надо купить!
– Там и купите, – отрезал он.
Кафе похоже на кондитерскую, в которой я увидела персональное приглашение в этот мир. И парнишка тоже в фартучке бегает.
– Оля, что будешь?
– Чай с пирожком?
– Расскажите, что у вас вообще есть, и сразу цены называйте, мы здесь первый раз.
– Вам на завтраки, – проявил осведомленность парнишка, – мы можем уложить в специальные коробочки по четыре пирожка, два сладких, а два, например, с рыбой, но открывать коробки только перед завтраком или ужином, они зачарованы, и пирожки будут свежими. На полторы тысячи десять коробок. Но можете взять две коробочки, или три, сколько нужно.
– Давайте так: мы возьмем двадцать коробок, сразу на три тысячи, но в каждую вы еще положите мясную нарезку, хотя бы по паре кусочков каждой и, например, по огурчику, иначе на одном тесте изо дня в день мы с ума сойдем.
– Так дороже трех тысяч получится!
– А вы посоветуйтесь с хозяином. Возьмем много, к тому же на первый курс очень большой набор, а мы на редкость общительные девушки.
Хозяин, плотный дядечка с завитыми усами на щеках, сам вышел посмотреть на нас, таких общительных, хмыкнул и согласился.
– А можно у вас все меню посмотреть?
– Что?
– Перечень блюд. Мы из другого мира, у нас так принято, а к удобству быстро привыкаешь, – с намеком сказала я.
Хозяин подсел к нам, парнишка принес бумагу и карандаш, и мы остались совершенно довольными друг другом. Особенно дядечке понравилось, что все отдельно: салаты, первые блюда, вторые, напитки, сладости.
– Думаете, сладкое тоже записывать?
– Все, что есть. И алкоголь. На каждый стол меню приносите или пусть сразу лежит, и оформите красиво, чтобы ваше название повторялось на всех страничках. Закрываешь дома глаза, а название всплывает и всплывает.
У нас забрали коробки, доставят в академию, взамен выдали по круглой конфете на палочке, которые за порогом я бережливо припрятала на вечер. Домашние всегда хихикали над моей практичностью, а к кому прибегали на переменках за чистой тетрадкой, а?
Проректор заглянул вовремя:
– На выход!
Толпа нашей академии в глаза уже не бросалась, мы спокойно шли втроем, никуда не торопясь, и так же спокойно дошли до поворота.
Может, магическая плюха планировалась мне, не знаю, но попала в проректора. Он громко вскрикнул, лихо мне подмигнул и картинно свалился нам с Олей почти под ноги, головой на мягкий газон.
Что тут началось!
Я едва успела обалдевшую подругу сунуть себе за спину, кинулась к проректору, как вокруг все загремело и засверкало. Он зло мне шепнул:
– Тогда уж страдайте над моим телом, – и уткнулся носом в клумбу.
Я пихнула Олю в бок:
– Этот герой за нас жизнь отдал!
Как она запричитала, перекрикивая взрывы, любо-дорого послушать. Разобрать сквозь плач можно только отдельные слова:
– Не успела узнать, как звать-величать, а-ааа, да что же это деется-я, люди добрыя-я… а-аа, да как жить после этого-о-о…
Молодец Олечка!
А вот знакомых хамов я не люблю. Действует правая рука? Поправим. Девушек надо уважать, тем более плачущих. Откровенный хам!
Летящий на Олю хам согнулся рядом, а тут и охрана подоспела, все-таки Академия крутилась рядом, это я не увидела.
– Быстрицкая, встаньте с левой руки магистра. И правую руку ему отпустите, мы страхуем.
Суровый голос и сведенные брови проректора меня успокоили. Не то чтобы я сильно разволновалась, но неприятно же, и домой нас отправили с парнями и девушками старшего курса. Магистры, судя по всему, остались, я не оглядывалась.
Парни молодцы, занесли нам к самой двери коробочки и рюкзаки с проходной.
К вечеру мы все разложили по полочкам и в шкафу, и в головах.
Списки необходимых вещей для занятий прикрепили над каждой кроватью, выделив то, что у нас уже есть.
Поняли, что со временем придется докупить обувь Оле, одной пары явно недостаточно, а берцы отошли мне, ей не понравились, грубоватые. Хотя аккуратные черные сапожки на небольшой платформе из рюкзаков нам понравились обеим. Тренировочный костюм мне понравился тоже, а Оле нет, почему опять черный цвет?
Ну вообще-то не черный, а глубокий серый. Кроме того, надо оценивать прочность, влагостойкость и удобство, это главное.
Повседневная форма: юбка до колен или обтягивающие брюки, свободные штаны с резинками на всех местах, по-моему, называются шаровары, куртка с длинными рукавами, которые можно отстегивать, две рубашки, одна с длинными рукавами, одна с короткими. У меня форма болотного цвета в едва заметную пятнушку, ближе к маскировке, у Оли темно-синего.
К свертку с формой приложен рисунок – что и как комбинируется. Белья, конечно, нет, и если бы я дома не озаботилась, что бы мы носили, а?
Котелок и баночка с крышкой у каждой, у меня один метательный нож и один похожий на кортик, все крепится на поясе. У Оли нож с тяжелой ручкой, да еще есть совок, веник – чисто с нашего базара, и небольшая лопатка.
