***- Готова подписаться под каждым словом. Когда читала кучу гадостей, которые полезли про ГУЛАГ после перестройки и особенно цифры и количества заключённых. Цифры, замечу, больше количества погибших на войне. Вот только в семье моей бабушки с войны не вернулись четыре брата деда, в семье моей другой бабушки с войны не пришло трое мужчин. В деревне сейчас на памятнике погибшим в войну выбили список погибших на фронте там больше пятидесяти человек, в деревне дворов меньше. Из посаженных и арестованных в деревне в те годы старики вспомнили только одного совхозного водителя-ворюгу, которого за воровство и посадили. Да, во время войны на Байкале местные фактически не ели своего родного омуля, потому, что он весь шёл на запад - в госпиталя и в действующую армию. И многие не знающие, на фронте считали, что им дают селёдку, когда на самом деле иногда это был легендарный деликатесный Байкальский омуль. И никто с автоматами на причалах рыбаков не встречал и рыбы добывали, не смотря на уход мужчин на фронт, даже не больше ли, чем до войны и всю старались переработать и отправить скорее чтобы ценная рыба не пропала. Так и где ГУЛАГовские миллионы? Я потом уже когда вся эта вонь пошла, спрашивала у своих знакомых о погибших на войне и посаженных или расстрелянных. Да нашла одну семейку, где кого-то посадили по 58-й статье, три года дали. Семейка, к слову, при первой возможности усвистала якобы в Израиль на родину предков, а потом вроде писали письма знакомым из Канады. Так, я понимаю, что за дело посадили, хоть им и обидно до слёз. Больше из моих друзей и знакомых никого никто не сажал, а вот погибшие на войне почти в каждой семье. К слову, в упомянутой, пострадавшей от кровавой ГэБни семье, никто не погиб и не воевал даже, все вовремя узнали про волшебное слово "эвакуация"... Для сравнения память о карательных отрядах Колчака и его продразвёрстке в Сибири, которые по времени были на двадцать лет раньше сохранилась великолепно. Сохранилась с подробностями и именами, кого застрелили при сопротивлении, кого к забору гвоздями прибили, кого шашками порубили, кого повесили или запороли насмерть, а ведь деревня вольная казачья, где даже окружной атаман поостережётся голос без повода повышать... Так, что нет веры в Солженицинское враньё!
<p><strong>Глава 52</strong></p>Будни фронтовые
