Антонио назвал это нечто «свежестью взгляда». После того как он взглянул в глаза Смеющегося Духа, он знал, что такое возможно. Человеческим глазам в большей степени присуща «мутность» разума и совсем немного «свежести». И то, что произошло с Людмилой Петровной, он не мог не заметить.
«Человек без груза!» Это он понял, ему не надо было объяснять, что это такое. Эту «свежесть взгляда» в какой-то степени он замечал у детей, у влюблённых и у людей, внезапно вырвавшихся из лап повседневной озабоченности. Бывает такое! Краткий миг!
Ребёнка накажут. Между влюблёнными возникнет недоразумение. Человек, оторванный от забот, вернётся к ним, даже не заметив этого, он знает миллион способов, как вернуться к озабоченности, и не знает ни одного способа, как хотя бы частично вернуть себе «свежесть взгляда». Его снова размажет по жизни, и острота чувств и поступков превратится в однообразную кашу.
Однажды Антонио наблюдал, как одна молодая мама дала своей дочери подзатыльник по пустяковому поводу – она приглашала свою дочь в тот мир, в котором жила сама. «Свежесть» сразу погасла. Антонио подошёл к этой матери и дал ей подзатыльник, реализовав тем самым всю свою склонность к педагогике. Бессмысленный поступок!
Возвращаясь из хосписа, Антонио включил мобильные телефоны. Он должен был сделать это уже давно, поскольку, как и предполагал, какие-то мероприятия срывались, и все стояли на ушах. Срочно понадобилось его обязательное присутствие сразу в нескольких местах одновременно. Пока они ехали, Антонио по телефону уладил все вопросы.
– Дела! – сказал он Людмиле Петровне. – В принципе могу никуда не спешить, но после знакомства с богиней хочется чего-нибудь земного, и побольше!
– Ну что ж, это неудивительно! Я вас понимаю!
– А кто она, богиня кошек?
– Она моя самая близкая подруга – моя смерть.
– Почему вы так решили? Она же ничего подобного не говорила!
– Странно, но я знаю! Много сегодня странного, Антонио! Странности иногда раскалывают жизнь, как орех. А кто этот смеющийся мужчина с кудрявой бородкой?
– Я не знаю, кто он. Раньше, кроме меня, его никто не видел. Я был сегодня весьма удивлён тем, что вы и Людвика его видели! А почему она называет себя богиней кошек?
– Не знаю. Нужно же было ей откуда-то появиться! А кто такой смеющийся мужчина, я думаю, вы когда-нибудь узнаете.
Ключи от его машины очень удачно оказались в замке зажигания. Он проводил Людмилу Петровну до подъезда.
Была намечена на сегодня одна пресс-конференция, и Антонио поехал в чебуречную.
Не было в Москве более вульгарной женщины, чем Валька из чебуречной. У всех мужчин, которые когда-либо сталкивались с ней, были с ней так или иначе знакомы, при воспоминании о ней никогда не возникало хоть сколько-нибудь приличных мыслей. Она всегда попадала в мысли самые распущенные, аморальные, пиратские.
В чебуречной она работала кассиршей, одевалась вызывающе нелепо и за стакан портвейна готова была отдаться любому мужчине, а ещё лучше группе мужчин. Когда она была выпивши, всё время хохотала за кассой, болтала не переставая, строила глазки и перехихикивалась с посетителями. Время от времени кто-нибудь из мужчин вставал из-за стола и молча подносил на кассу стакан вина. Она с достоинством кивала, залпом выпивала стакан и говорила:
– Мэрси!
После встречи с богиней Антонио очень захотелось увидеть именно эту женщину.
– Вы ещё в форме, миледи? Мне приятно созерцать ваше лицо! Сегодня вы мне нужны как женщина-пресс-секретарь! – сказал Антонио, что вызвало у Вальки приступ дурного смеха.
– Девочки! Кто сегодня подменит Валентину?
– Не беспокойтесь, Антонио! Я сама её подменю! – опередила всех главбух, серьёзная пожилая женщина. – Для вас всегда пожалуйста!
Антонио не первый раз пользовался услугами Вальки для того, чтобы шокировать всех. Для неё были специально изготовлены различные визитные карточки, в том числе и вице-президента компании. На переговорах, банкетах, презентациях она могла только ржать как лошадь, нести околесицу и вгонять людей в краску своей бесстыдной непосредственностью. Пресс-секретарём она ещё не была ни разу.
Антонио объяснил Валентине, что такое пресс-секретарь и что она будет делать на пресс-конференции.
– Я просто балдею! – ответила Валька.
В «Дохлом номере» Вальку одели, примерно так же, но во что-то другое, и сделали ей всклокоченную причёску. До пресс-конференции было ещё два часа, и Антонио повёз её к себе домой, чтобы их ничто не отвлекало.
Братья Херувимовы жили в двух современных зданиях в центре Москвы. В одном здании им принадлежало два этажа, в другом – три. Каждый из них жил самостоятельно, со своей семьёй, каждому принадлежала определённая площадь, но разделение это было весьма условным, к тому же обслуживающий персонал был общий.
