- У попа, сказывают, есть хорош камень... - отвечает хозяин нашей квартиры. - Сотельную поп-то просит за камень...
- Ну, а в Калтышах кто занимается скупкой камней?
- Окромя Данилы некому... Он, значит, ищется, а потом в город камни возит. У попа-то камень тоже из Калтышей... Приедете в Калтыши и спросите прямо Данилу, а уж он всё вам обозначит.
К нашему несчастью, мы Данилу дома не застали, - он только что уехал в город. Он ещё только начинал дело, и было интересно посмотреть, в pendant* к Самошихе, на кулака in statu nascendi**, а что Данило будет таким же кулаком, так в этом не может быть ни малейшего сомнения. Мы отправились к месту добывания сапфиров и рубинов одни. Это всего в версте от деревни, где в Реж впадает жалкая речушка Положиха, вырывшая глубокий лог. Настоящая картина этого лога самая обычная для Урала: он весь изрыт сначала даровыми крепостными руками "в казённое время", а потом перерывается ещё раз вольным трудом. Этот вольный труд фигурировал и сейчас в лице пяти мужиков и трёх баб, перемывавших старые отвалы. Речка Положиха впадает в Реж с левой крестьянской стороны, где раскинулись пашни, а противоположный берег Режа покрыт лесом, - это начало заводской Режевской дачи.
______________
* В дополнение.
** В стадии зарождения.
Наше появление остановило работу. Двое мужиков работали в забое, выбрасывая серые пески наверх, третий подвозил их к вашгерду, а бабы промывали. Золото здесь давно "изубожилось", а работали из-за хлеба на воду, Калтыши уже принадлежали к заражённой золотою лихорадкой полосе.
- Бог на помочь.
- Спасибо.
- Каково идёт золото?
- Какое наше золото, барин... Только одно звание, что золото: седьмая вода на киселе. Ещё казна всё наше золото выробила, а мы борта домываем...
После этого необходимого вступления мы перешли уже к расспросам о том, где и как добываются калтышские самоцветы.
- Да тут наезжал года с три назад мурзинский барин, так он полюбопытничал, - объяснял один из рабочих.
- Какой мурзинский барин?
- А Фёдор Иваныч... Фамилиев-то мы не знаем. Он первый, потому как мурзинским это самое дело привычное. Ну, а потом наш Данило любопытничает... Вот бабы промывают пески, а он на вашгерде досматривает.
- И много попадается этих камней?
- Какое много: когда что попадёт... Ну, Данило у баб скупает, а потом в город. На прошлой неделе Дарёнке на сарафан попало: ловкий камешок обыскала... Ну-ка, бабы, на счастье господам поищитесь!
На вашгерде уже происходила смывка песков и начались поиски. Промытые пески были свалены на железный лист и бабы долго перебирали их руками, отыскивая на счастье синенький или розовый камешок. Но счастье наше оказалось плохим, и бабы только напрасно потеряли время: не попалось ни одного камня.
- Вот порода есть... - указала одна из баб, искавших счастья. - А настоящего нет... Настоящий-то зияет, как искорка.
Образцы "породы" оказались обломками корунда грязно-бурого цвета. Мы подробно осмотрели почти весь этот лог на протяжении версты и ничего особенного не могли найти. Бабы указали несколько мест, где находили хорошие камни, но всё это были старые казённые отвалы, а не целые места. В общем можно сказать то, что рубины и сапфиры здесь встречаются в золотоносной россыпи, а не в коренных месторождениях, как мурзинские камни. Жилы сапфиров и рубинов должны лежать где-нибудь выше, откуда уже сносятся в Положиху, вместе с песками, только обломки. Но этих коренных месторождений пока ещё никто не искал.
Приведу о Калтышах один интересный случай, переданный мне большим любителем и знатоком камней, Д. П. Шориным, проживающим в Нижнем Тагиле. У него одна из лучших минералогических коллекций на Урале, и мурзинские мужики несут к нему свои самоцветы. Между прочим, раз принёс ему самоцвет какой-то калтышский мужик и этот самоцвет оказался настоящим алмазом в полкарата весом. Замечательно то, что сохранилась выпуклая грань, характерная для этого царя самоцветов; я видел этот калтышский алмаз и говорю, как очевидец. Интереснее всего то, что мужик нёс два камня - маленький и большой. Дело было зимнее, и он, чтобы не потерять, нёс их в напалке рукавицы. Но дорогой большой камень, всё-таки, "обронил", а принёс только маленький. Если верить мужику, что потерянный камень блестел так же, как маленький, то это, вероятно, был тоже алмаз. Калтышские рубины и сапфиры попадаются довольно часто в продаже, но хороших камней мне не случалось видеть. Важно здесь то, что пока открыта россыпь, а, вероятно, в недалёком будущем найдут и коренное месторождение.
VI*
______________
* При составлении этой главы автор пользовался трудами И. Н. Кокшарова "Материалы для минералогии России", Г. Щуровского "Уральский хребет в физико-географическом, геогностическом и минералогическом отношениях", А. Ушакова "Драгоценные камни в промышленном и минералогическом отношениях", М. Пыляева "Драгоценные камни", Н. К. Чупина и др. (Прим. М. С.).
