Даша, ожидавшая, что изумруды должны выглядеть как на витрине ювелирного магазина, не сдержала восклицания:
— Какие замызганные!
Никто не отозвался. И только Витковский воспринял эти слова как личный упрек.
— Это сырье, — снисходительно к возрасту Даши сказал он. — В руках мастера им цены не будет.
Витковский помолчал и меланхолично добавил:
Даша подняла на него вопросительный взгляд. И он послушно ответил:
— Шекспир. Концовка восемьдесят седьмого сонета.
