Самоучитель олбанского полностью

Улыбка может в данном случае обозначать и иронию (на самом деле «не люблю»), и искреннюю радость («люблю и радуюсь»), а контекст, проясняющий двусмысленность (Опять гуляли всю ночь и не дали выспаться), в данном примере, в отличие от предыдущего, отсутствует.

Тем не менее именно универсальность делает этот смайлик таким популярным. Иронию, сарказм и похожие чувства передают еще несколько эмотиконов, например улыбка с подмигиванием: ;). Этот смайлик обозначает похожую операцию со смыслом высказывания, но едва ли может передавать просто чистую, ничем не замутненную радость.

Другие эмотиконы тоже обозначают эмоции, то есть передают чувства печали, гнева, ужаса, удовольствия, любви, но, напротив, не могут преобразовывать текст. Они дополняют его, но не взаимодействуют с ним или же взаимодействуют слабо. Здесь, правда, нужна оговорка. Например, грустный смайлик тоже может выражать иронию и преобразовывать текст, но только в случае своей неуместности, противоречивости:

Любовь плохо коррелирует с «интенсивной» грустью, и возникает подозрение, что здесь что-то не так, например, это не любовь, а противоположное чувство. Именно неуместность соответствующего эмотикона запускает для читателя механизм анализа текста, который приводит к его переосмыслению. Но эта функция для большинства эмотиконов, обозначающих различные эмоции, являет побочной и второстепенной.

Не могу удержаться, чтобы не привести пример из переписки моих знакомых в социальной сети. Первой фразой является ироническая реплика А о некоей печальной ситуации:

На одну и ту же реплику собеседника Б реагирует двумя противоположными способами (позитивной и негативной эмоцией), но поясняет, что они относятся к разным сферам: к самому высказыванию А и к ситуации, им описываемой.

Смайлики, которые называются смысловыми, устроены еще проще. Они не сообщают никакой дополнительной информации о пишущем, не характеризуют его высказывания. Это просто иероглифы (иногда пиктограммы), которые обычно заменяют в тексте отдельные слова или словосочетания. Пожалуй, только упомянутые выше неприличные смайлики могут перерасти эту функцию и выполнять определенные коммуникативные задачи, как это иногда происходит и с бранными словами, в частности выражать крайнюю степень раздражения, уныния и т. п. Поэтому вернусь к обычным смайликам, которые значительно интересней и важней для коммуникации.

Чтобы определить, что собой представляют такие смайлики, нужно оценить не только их значение, но и их синтаксические свойства, то есть в каких местах предложения они могут появляться и как они сочетаются со словами и со знаками препинания. Очевидно, что «улыбка» и другие основные смайлики тяготеют к концу предложения (все примеры выше именно таковы), но могут встречаться и в середине, причем независимо от паузы. Происходит примерно то, что предлагал Амброз Бирс для своего знака хихиканья, который может ставиться не только после полной остановки речи, но и без остановки после шутливой или иронической части в остальном серьезного предложения. И снова обращусь к письму Ваенги и процитирую:

Многократная открывающая скобка (редуцированный хмурый смайлик) поставлена непосредственно после подлежащего: Дряни по телеку кричат о христианском прощении и милосердии! Открывающая скобка выполняет здесь не функцию знака препинания (между подлежащим и сказуемым таких знаков быть не должно), а усиливает негативную эмоцию, и так содержащуюся в слове дряни. Когда смайлик возникает в середине предложения и не соответствует паузе, он, скорее всего, выражает эмоцию, связанную со смыслом конкретных слов, то есть является дополнительным значением, например усилителем.

Впрочем, эту фразу можно прочесть и иначе, увидев в ней целых два предложения: Дряни! По телеку кричат о христианском прощении и милосердии! Суть в том, что мы не можем однозначно интерпретировать смайлик ни как знак препинания, ни как показатель эмоций — нормы еще не существует. Что имел в виду автор (с какой интонацией он произносил про себя эту фразу), мы точно не знаем, и каждый волен интерпретировать это по-своему.