Договорить блондиночка не успела, дверь распахнулась, и она была вынуждена отпрянуть назад, делая вид, что просто рассматривает мой браслет.
— Загрузился, — отчиталась она перед старшей. — Можно снимать наручники?
— Брошюру выдала?
— Нет…
Старшая закатила глаза, порылась в стопке бумаг и протянула мне сложенный в несколько раз цветастый лист бумаги, на глянцевой лицевой стороне которого красовался точно такой же чёрный браслет, как и на моём запястье.
— Изучай, и потом свободен. Даю пять минут.
Я раскрыл листовку. Красочные фото школы пестрели сносками и общей информацией. Больше всего меня заинтересовал разворот с правилами, о нежелательности нарушения которых уже предупредила белокурая красотка.
И ещё много разных «запрещается», сводящихся примерно к одному — будь паинькой, хорошо учись и будет тебе счастье.
Последствия нарушений в брошюре прописаны не были, но из слов девушки и так стало ясно, что меня просто отчислят и вернут назад. А возвращаться некуда.
Путь домой пока заказан, а значит, если куда и отправят, то назад в тюрьму. И если кто-то и верил в мою невиновность (что бы я там ни натворил), то явно это никак не повлияло на решение тех структур, которые меня в эту тюрьму направили.
Я поймал себя на мысли, что уже воспринимаю тушку тощего пацана как свою, и это удивило. С одной стороны, странно было так быстро смириться с такой трансформацией, но с другой… Это наверняка поможет быстрее адаптироваться и разобраться в происходящем. Паника, сомнения и отрицание ещё никому не помогали.
— Закончил? — нетерпеливо спросила старшая, и я кивнул. Очень уж хотелось скорее избавиться от наручников.
— Подписывай.
Мне сунули документ с каким-то душным отказом от претензий, который пришлось бегло просмотреть по диагонали. Всё сводилось к тому, что за свою жизнь и применение дара отвечаю только я и никто больше.
Размашисто чиркнул извилистую каракулю и вернул докторше.
«Значит, Канто Алан Рэй меня тут кличут. Прекрасно, буду зваться Рэем. К родному имени ближе, уху приятней, мозгу понятней».
— В браслете вся необходимая информация, — произнесла белокурая. — Теперь это и ключ от дверей, и кошелёк, и телефон, и экзаменационная книжка. В общем, в этой штучке вся твоя новая жизнь.
Из здания меня выводил довольно приветливый мужик с оружием. Он не выставлял его напоказ, но было видно, что оно у него есть. Когда проходили мимо камер наблюдения, тот расправлял плечи и выпрямлял спину. Видимо, каждый в этом «проекте» хотел стать звездой, даже если не был участником.
Пока мы шли, заметил ещё несколько человек в такой же серой форме, как у сопровождающего. Вероятно, это была местная охранная служба на случай, если одарённая школота взбунтуется.
— Дальше сам, — произнёс мужик, когда мы вышли на залитое солнцем крыльцо, и добавил, указывая на здание впереди. — Вон там общежитие. Не заблудишься. В крайнем случае — в браслете есть вся информация.
Я инстинктивно провёл по запястью, поправляя гаджет и вглядываясь в кампус Высшей Школы Героев, огороженный высоченным забором с одной стороны и горами с белыми макушками с другой.
— Ну что ж, — пробурчал себе под нос, направляясь вперёд по аллее к общежитию. — Давай узнаем, насколько глубока кроличья нора.
Выйдя к площади перед общежитием, огляделся. И что теперь? Как жить эту жизнь? И эту ли жизнь жить или пытаться прорваться назад?
В камере перед зеркалом ничего не вышло. Не факт, что получится и с каким-то другим. Тем более, в камере всё было исписано каким-то странными символами, и сдаётся мне, отчасти благодаря им и состоялся мой переход.
Захотелось где-нибудь остановиться и подумать.
День выдался тёплым и солнечным, погода позволяла остаться на улице, осмотреться и всё обмозговать. Перед зданием общежития красовался большой фонтан, напоминавший восьмиконечную звезду, окружённый полукруглым рядом лавочек, где я и разместился.
Видно, что денег в благоустройство территории вложили немало. С другой стороны, почему бы и нет, если учить тут собираются Героев, а за проектом будет наблюдать весь мир?
Раскрыв брошюру, решил поподробнее изучить информацию.
