Реальность искажалась. Человек стоял на незнакомой земле. Две высокие фигуры подошли ближе. Школа учителей. Испытание соблазном. Фосфоресцирующие тела собеседников погасли и рассыпались на блестящие гранулы. Чёрный вихрь подхватил, замутил сознание и, наконец, отпустил тело.
Черная воронка вращалась и ужасала приливной волной огромной тяжести. Реальность искажалась. Тело словно сжалось в комок, затем стало растягиваться. Силы спирали преодолевали связующую плоть. Орбита движения изгибалась. Тело тянулось и рвалось на части. Он ещё помнил своё имя, но его словно загрузили в мясорубку, и тело выдавливалось через поры пространства. Ножи времени рассекали его жизнь на отрезки – и «фарш обратно не перекрутишь». Настоящее вытеснялось из памяти, а будущее оставалось в прошлом. Гаспар ждал неминуемой смерти. Но вдруг всё закончилось. Колесо вращения остановилось. Стены лаборатории рассыпались.
Он стоял на незнакомой земле. Высоко над ним вращалась серебряная россыпь облаков. Под ногами хрустел жёлтый песок. Вокруг мерцали острые от стачивания красные частицы, горячие от трения. Они заполняли пространство, сталкивались и дробились. Частицы вспыхивали на теле, но кожу не обжигали. Зелёный воздух лился веретеном, источая тончайшую жидкость, которая, как вода, оказывала мягкое сопротивление. Солнца над планетой не было. Холодный свет исходил от спиралей зелёного воздуха и от крупных ледяных кристаллов, разбросанных по поверхности.
Над его головой блестящие гранулы роящихся облаков сливались в причудливую геометрию. Затем кружева спрессовались в формы и сверкающими фигурами опустились на твердь. Перед Гаспаром фосфоресцировали серебряные тела
Две высокие фигуры подошли ближе.
– Идём с нами – произнёсла фигура с сияющим обручем над головой
«»
Космическая связь никогда не рвётся и голос вселенной не умолкает. Но чтобы уловить мимолетные взаимодействия скрытых частиц космического разума с разумом человека требуются фиксация воли и размышления. Необходима напряжённая концентрация желания в абсолютном одиночестве – в стенах лабораторий, комнат, тюремных камер, заброшенных склепов, или в изоляции подземных пространств. И тогда проникающие токи шепчут открывшимся умам про хрустальные ковчеги в горных пещерах, о мирах на краях ойкумены и соседних планетах. Солнечные ветры говорят о таинственных вещах, «более странных в понимании и более отдаленных от земли» в пространстве и во времени. Рассказывают о духах неба. О непознаваемом и тайной философии. О жертвенной смерти Бога, напоминающей таинство Голгофы.
Тайная речь вселенной – это слово Его вдохновения. Слово со свободной валентностью, которое скрепляет свободные радикалы неоформленных мыслей. Услышанное слово прогоняет заботы и страдания. И, спустившаяся с «ноосферы», муза просветления рождает в умах осознание, веселящее сердце, формирует решения по неосмысленным до конца задачам, и взрывает эйфорию эмоциональных состояний преодоления и открытий.
«»
– Вы – боги?
– Нет. – ответил первый. – Мы из школы учителей. Некоторые ставят нас выше людей, а некоторые соединяют нас с богами. Но мы не склонны к самообольщению. Оптимизм у некоторых из нас, как и у людей – это недостаток знаний и информации. Для иных миров – мы неразумные клетки или примитивные атомы, которые, ох как далеки в осознании и недостойны жизни в высотах вечно заселённой. В твоём восприятии о нас не должно быть заблуждений. Мы не боги, но реальны.
Отношения и наши, и человека с космосом и миров между собой – «и естественны и сверхъестественны». Все миры и их обитатели, по-разному, но влияют друг на друга и содействуют на расстоянии, «события на Земле происходят в связи с событиями небесными».
– Ты видишь – продолжил второй, – не то, что видишь. По аналогии и схожести явлений мозг может работать не над самим предметом, а над макетом его изображения. Не с самим Богом, а с привычной абстракцией его восприятия. Мозг видит суть. Мозг может рассмотреть «вселенную в песчинке и вечность в секунде», перейдя из двоичного рассуждения в многомерный образ или математическую модель явления. Это открывает возможности бесконечной силы разума.
Можно сказать, что все есть символ, все есть знак, все есть напоминание об иной реальности. Но абстракция и «макеты» не взаимозаменяемы. Фантазии о жизни не заменят конкретную жизнь. События придётся реально прожить. Жизнь на земле – не абстракция. Расчёты по самолётовождению – не линия маршрута на карте. И книгу по аэродинамике полёта нельзя сравнить с самолётом на взлётной полосе. В абстракции формул и артефакте единая суть, но, для человеческого разумения, все – не во всем. Всё, в человеческом понятии, частями и элементами разложено по полкам. Наше время течёт по-другому. Мы можем вернуться к началу и зайти в будущее. На земле – иначе. Земная жизнь течёт линейно по вектору времени. Потому, вы видите и сравниваете не саму суть – не точку начал, а готовые рисунки и формы, построенные точкой. Для человека полумесяц не содержится в кресте, Альфа – не Омега, Рай – не ад Данте. Это в Творце они сливаются и изначально едины. Слово «вселенная» отражается в человеческом мозге в неких пространствах полушарий – или картиной звёздной спирали, или абстракцией понятия.
Они подошли к высоким колоннам, укрытым куполом.
